Читаем Мама полностью

Ника лежала на животе, опустив лицо в специальное отверстие массажного стола и полузакрыв глаза. Она прислушивалась к своим ощущениям: чувство сдавливания под банками на голове, распирания – вокруг банок; легкий шум в ушах и слабость – то ли от хиджамы, то ли от диеты, то ли от утренней капельницы. Они были с мамой в центре уже десятый день, десятый день она питалась только овощными соками на завтрак и обед, ужина не было. Каждый день начинался и заканчивался капельницей, а между ними – набор самых разнообразных процедур, некоторые из которых поражали воображение. Хиджама, например. Ника провела рукой по бритой наголо голове и нахмурилась. Волосы сбривали каждый раз, хотя она просила маму сделать разрезы где-нибудь в другом месте, на руках, например, или под коленями, но мама всегда отвечала, что доктор велел делать на голове, так как именно там сосредоточены основные болезни Ники. «Какая разница, – говорила мама, – все равно у тебя волосы не растут нормально, выпадают, не держатся. А так хоть для здоровья полезную процедуру сделаем». В хороший год они приезжали в центр только один раз, и до следующего визита волосы успевали отрасти. Нике нравились ее волосы, хоть они и были тоненькими и действительно сильно выпадали. Но с волосами она была похожа на обычную девочку, не то, что с лысой головой. Но после хорошего года всегда наступал плохой, когда они наведывались в центр по два-три раза, и тогда волосы даже не успевали отрастать больше, чем до короткого ежика.

В центре ей делали много других экзотических процедур, впрочем, для Ники они были уже вполне обычными: питье масел натощак чашками, за чем следовала терапевтическая рвота, промывания кишечника, обмазывания грязями и глиной, прогревания в странного вида камере в клубах сомнительно пахнущего дыма, стимуляция иммунитета с помощью введения сырого яйца и йода шприцом под кожу, иногда все это вместе.

Ника вспомнила, как она впервые попала сюда. Ей было, кажется, шесть или семь лет, значит, лет пять назад. Тогда она была в ужасе от происходящего – оттого, что не дают есть, от сильнейшей тошноты и рвоты, которые случались по нескольку раз в день после каждой капельницы, от уколов, разных аппаратов, иголок, вводимых под кожу, с которыми нужно было лежать неподвижно по часу… Особенно ее напугала хиджама. Нику слегка передернуло при воспоминании о первой хиджаме. Она вспомнила, как сбрили волосы. Кажется, мама тоже была не готова к такому, возможно, она не знала, что хиджаму будут делать на голове, но сбрить волосы все же разрешила, несмотря на протесты дочери. А потом Ника увидела скальпель и почувствовала, что на голове делают надрезы. В тот раз их было три. Она почувствовала, как струйки крови потекли по шее и по лицу. Затем на них поставили вакуумные банки, и от этого стало невыносимо сильно ощущаться, как кровь вытекает из ранок. Сейчас ей ставили по десять банок – шесть на голове и четыре на шее.

В ту первую поездку Нике тоже не давали есть ничего, кроме соков из свеклы и моркови, семь дней. Она едва стояла на ногах, все время просила есть, много плакала и просила маму увезти ее домой. Ее тошнило от уколов и капельниц, ее пугали неизвестные процедуры, хотелось домой к папе. Страшную хиджаму делали каждый день все три недели. Со второй недели ей разрешили есть сырые овощи и фрукты, на третьей неделе стали давать кашу на воде, без соли или масла. Она похудела на четыре килограмма, осунулась, побледнела и все время хотела спать. Когда она вернулась домой – худая, с огромными глазами, и бритой налысо головой – в папиных глазах она увидела ужас, он с сомнением поглядел на маму, в его взгляде был вопрос. Но мама сказала, что все прошло хорошо и процедуры Нике очень помогли. С тех пор они стали ездить туда регулярно. По словам доктора Каппы, для поддержания здоровья необходимо проводить чистки и профилактику два-три раза в год, можно даже каждый сезон. Со временем Ника привыкла к этим поездкам и даже начала находить в них свои плюсы: например, ей очень нравилось лететь на самолете, нравилось в свободное от процедур время гулять по берегу моря и кормить птиц на озере.