Читаем Малой 2 полностью

Я начал отжиматься от пола. Раз, два, три… двести тридцать семь. Я работал как автомат, но усталость не проходила, только чуточку стало легче. Тогда я решил переключиться на статические упражнения и направил максимальное усилие своих рук на перегородку отсека. Послышался скрежет. Металл начал прогибаться под моими пальцами. Я в страхе отпрянул от стены и уставился на чёткий отпечаток своих ладоней на поверхности конструкции. Что со мной случилось? Надо что-то делать. Подсказать, правда, некому. Стариков моих тут нет, и надо принимать решение самому. Вот она, свобода. Отвечать за всё тоже буду только я. Больше часа я активно истязал себя, но результат был тот же. Все металлические и металлопластиковые предметы, с которыми я интенсивно работал, носили явные признаки деформации или повреждения.

Это абсолютно ненормально. Да что там говорить, это просто абсурдно. Ведь маленький, щуплый мальчишка просто не в состоянии так всё повредить. Хорш меня задери. Что скажут старики, глядя на это?

Я попытался успокоиться. Заменил изученную базу знаний на новую, сходил в душ и даже пообедал, руки и ноги уже дрожали от чрезмерных нагрузок. И всё равно меня переполняла эта странная энергия.

Я ничего больше не придумал, как снова заняться медитацией с минералом. В этот раз я взял уже пять крохотных кристаллов. Что я делаю? Зачем? Меня некому было остановить и подсказать, что делать. Какое-то внутреннее чувство незавершённости настойчиво требовало: «Продолжи медитацию, продолжи». Карит привычно лёг в руку. Одно его присутствие дарило мне тепло и надежду. Не буду долго тянуть, иначе никогда не решусь на это безумие.

Крепко сжав в ладони осколки минерала, я уселся на пол, закрыл глаза и ровно задышал. Плотный зелёный туман окружал меня. Он не рассеивался, не двигался. Он был везде, и казалось, что туман останется навсегда. Мои попытки что-либо услышать или рассмотреть в этой вязкой и удушливой массе ничего не принесли. Потом я начал понимать, что не дышу, что я и есть туман. Как будто я растворился в великом ничто и пытаюсь вновь собраться в конкретном теле. Может ли туман чувствовать, есть ли у него разум и воля? Какой-то частичкой своего гаснущего сознания я понял, ещё несколько мгновений и туман растворит меня в себе. Мы будем едины. Захотелось расслабится, сдаться этому всемогущему ничто. Какой-то остаток чувств настойчиво напоминал: «Ты человек. Тебе ещё рано в вечность».

– Я человек! – казалось закричал я. Вернее закричало моё сознание и дух, моя воля и моя сущность.

– Я человек! – загремело вокруг… И туман отступил. Он не испугался. Зачем пугаться тому, кто бессмертен. Туман был и будет всегда. Он как будто чуть-чуть отодвинулся в сторону и тихо усмехнулся: «Ну попробуй».

Великое и всемогущее исчезло, и я увидел себя. Теперь это было не моё обычное отражение в зеркале, это был новый человек. Он, то есть новый я, состоял из разноцветных ярких линий и красивых жгутов. Всё вспыхивало фейерверками разных цветов. В моей груди ярким огнём ровно и мощно светился плотный шар, состоящий из молний и силы. Все эти многочисленные потоки цветных разрядов, были настолько прекрасны и необыкновенны, что хотелось прикоснуться к ним своим сознанием и управлять ими.

Я попробовал и понял, что могу контролировать эти ручейки цветных молний. Моя воля и мой разум позволяют оставаться здесь хозяином. Я переродился, распался, вновь сам себя создал и остался человеком. Я новый человек, я псион.

* * *

Этот чудный мир был прекрасен. Перед моими глазами раскинулась новая вселенная. Каждый её элемент светился своим цветом. Свечение это было неустойчивое, как пламя на ветру. Всё было необычно и ни на что не похоже. Я посмотрел на свою руку, она ведь моя… наверное. Для того, чтобы описать, что я увидел не хватало слов. Движение светящейся энергии, пульсация чувств и эмоций. Постоянно возникающие брызги цвета и энергетические реки. Всё сверкало и переливалось. Окружающий мир завораживал и околдовывал.

Обычные вещи и предметы, выглядели словно облитые радугой. Хотелось плакать и смеяться одновременно. Возникло жгучее желание жить в этом волшебном мире.

«Надо дышать», – пришла ко мне запоздалая мысль и грудь начала наполняться воздухом. Оказывается, раньше я ничего не видел. Моему взору была доступна лишь внешняя оболочка, пустая и мёртвая. Сейчас передо мной настоящий мир. Теперь мне надо найти с ним общий язык. Буду учится жить. Жить человеком.

Я долго приходил в себя. Все мои чувства, мысли и эмоции спутались в один тугой клубок и мне пришлось постепенно разматывать его.

Центр моего средоточия ощущался не как часть тела, а как основа моей внутренней сущности. Моя сила и воля управляли потоками внутренней энергии, направляли её и контролировали. Как же слеп тот, кто не может этого видеть! Как может абсолютно незрячий оценить красоту?