Читаем Малое прекрасно полностью

Иметь дело с товарами куда проще, чем с людьми, хотя бы потому, что у товаров нет разума, и поэтому не стоит проблема общения. Когда мы делаем упор на человека, проблемы взаимоотношений приобретают первостепенное значение. Кто помогает, и кто нуждается в помощи? Благодетели — это богатые, образованные (если это можно назвать образованием) горожане. Нуждающиеся в помощи — бедные, необразованные крестьяне. Это означает, что между первыми и вторыми пролегают целых три бездонных пропасти: пропасть между богатыми и бедными, между образованными и необразованными и между горожанами и крестьянами, включая пропасть между промышленностью и сельским хозяйством. Первая проблема иностранной помощи развитию — это преодоление трех бездонных пропастей. Для этого требуются огромные усилия, творческий подход, изучение реалий жизни бедных и сострадание. Методы производства, структура потребления, система ценностей и взглядов на жизнь, присущие зажиточным и образованным горожанам, никак не подходят бедным, полуграмотным крестьянам. Они не могут вдруг перенять мировоззрение и привычки утонченных горожан. Если люди не могут приспособиться к методам производства, значит, методы производства должны быть приспособлены к людям. Вот мы и докопались до сути проблемы.

Более того, хозяйственный уклад богатых стран сам по себе во многом ущербен. Как бы там ни было, он совершенно не вписывается в образ жизни и труда бедных общин, и даже успешное его внедрение в простую среду посеяло бы лишь разрушение. Если после внедренных западных новшеств отцам нечего передать своим сыновьям, а сыновьям — перенять от отцов, то традиционный семейный уклад попросту разваливается. Жизнь и благополучие любого общества зависит от определенных бесконечно ценных и очень хрупких «психологических структур». Целостность общества, сотрудничество, «чувство локтя» и взаимопомощь, взаимное уважение и, более всего, самоуважение, стойкость и способность сносить лишения — все это и многое другое распадается и исчезает при серьезной поломке «психологических структур». Внутренняя убежденность в своей бесполезности и никчемности уничтожает человека. Никакой экономический рост не может компенсировать такие потери, хотя при таком исходе даже экономический рост обычно замедляется.

Ни одна из этих серьезных проблем не получила должного отражения в «удобных» теориях большинства экономистов по развитию. Провал первых десяти лет развития списывают на недостаток выделенных средств или даже на якобы ущербность общества и людей развивающихся стран. После прочтения современных исследований создается впечатление, что успех или провал программ по развитию только и зависит от выделения денежных средств на основе многосторонних или же двухсторонних соглашений, улучшения условий торговли сырьем, устранения барьеров в торговле, предоставления гарантий частным инвесторам, эффективного ограничение рождаемости и т. п. Именно это и считается по-настоящему важным.

Я вовсе не говорю, что все эти вопросы не имеют отношения к проблеме. Но они, похоже, не затрагивают самую ее суть, и, в любом случае, бесчисленные дебаты по этим вопросам практически не ведут к каким-либо конструктивным действиям. Суть же проблемы, по-моему, проста до неприличия: проблема бедности в мире — это, в основном, проблема двух миллионов деревень и двух миллиардов их жителей. Крупные города развивающихся стран — это не то место, где нужно искать решение. Если жизнь в деревне не станет достойной, то проблема бедности так и останется неразрешимой и будет неизбежно усугубляться.

Однако понимания сути проблемы еще мало, если мы по-прежнему будем мыслить в количественных и абстрактных категориях: ВВП, инвестиции, сбережения, и т. д. Они небесполезны в изучении экономики развитых стран, но не имеют практически никакого отношения к проблемам развития как таковым. (Да и в развитии богатых стран они не имели абсолютно никакого значения!)

Программу развития можно считать успешной, только если она помогла мобилизовать рабочую силу масс и повысила производительность, не «экономя» труд. Общепризнанный критерий успеха, а именно, рост ВВП, лишь основательно сбивает с толку и на деле неизбежно ведет к явлению, которое иначе как неоколониализмом не назовешь.