Читаем Малое прекрасно полностью

Расходящиеся проблемы для логического ума — пища трудноперевариваемая. Ему бы хотелось устранить трение и встать на какую-нибудь сторону. Но противоположности подхлестывают, побуждают и обостряют у человека способности высшего порядка, без которых человек всего лишь умное животное. Если человек упрямо отказывается признать, что расходящиеся проблемы не имеют окончательного решения, то его высшие способности так и не просыпаются, а то и просто атрофируются, а когда это происходит, «умное животное» скорее всего, уничтожает себя.

Таким образом, жизнь человека — это череда расходящихся проблем, они неизбежны и требуют к себе внимания. На них не действует простая логика и мечущийся из крайности в крайность разум. Расходящиеся проблемы можно назвать силовым тренажером для развития Человека Целостного и его высших качеств, стоящих над логикой. Во всех традиционных культурах жизнь считалась для человека лучшей школой.

II

На этом этапе наших рассуждений необходимо упомянуть искусство. Сегодня, пожалуй, за искусство может сойти все, что угодно. Кто посмеет осуждать то, что претендует на «искусство, опережающее свое время»? Но не стоит стесняться. Мы можем сформировать свое отношение к тому или иному произведению искусства, определив, как оно влияет на человека, его чувства, мысли и волю. Если цель искусства — это воздействие на чувства человека, то его можно смело назвать развлечением, если искусство воздействует на волю человека — то это уже пропаганда. Пропаганда и развлечение являются противоположностями, и нам нетрудно почувствовать, что в каждой из них чего- то не хватает. Нельзя сказать, что великие мастера искусства чуждались в своих произведениях развлечения и пропаганды, однако они никогда не ограничивались только ими. Они постоянно стремились отобразить истину, передать ее силу, взывая к высшим человеческим качествам, разумности, которые по своей природе выше логики. Развлечение и пропаганда не дают нам никакой силы, наоборот, они подавляют нас. Но когда в развлечение и пропаганду привносится стремление к передаче Истины, тогда противостояние преодолевается, и искусство служит развитию высших человеческих качеств.

Искусство может претендовать на истинную ценность, как говорит Ананда К. Кумарасвами, если оно стремится питать лучшие человеческие качества и способствовать их росту, если оно для человека то же, что плодородная питательная почва для растения. Оно должно вести к пониманию, а не к утонченным чувственным переживаниям. С одной стороны, публика права в своем желании узнать, «о чем» данное произведение искусства… Так давайте откроем им горькую правду: большинство великих произведений искусства — о Боге, которого не принято упоминать в образованном обществе. Так давайте признаемся себе в том, что воспитание может соответствовать глубочайшей природе и красноречию этих великих произведений искусства, только если это будет воспитание не чувственное, но воспитание философское, в том смысле, который вкладывали в слово «философия» Платон и Аристотель, для которых она означает онтологию, теологию, карту жизни и мудрость, что должна быть применена к повседневного жизни[223].

Все великие произведения искусства говорят «о Боге» в том смысле, что они указуют заблудшим путь, дорогу вверх и являются Картой для Заблудившихся. Можно снова вспомнить «Божественную комедию» Данте, которая стала одним из величайших примеров такого искусства. Данте писал для обычных людей, а не для тех, кто достаточно богат, чтобы в основном интересоваться утонченными чувствами. «Я проделал эту работу, — писал Данте, — не в умозрительных, но в практических целях… главная цель ее — вытащить живущих в этом мире из ямы страданий и привести их к храму блаженства»[224]. Герой Комедии, пилигрим, странник в поисках истинны — сам Данте — пребывая на вершине славы и успеха в обществе, вдруг осознал, что он вовсе не на вершине, а напротив «очутился в сумрачном лесу, утратив правый путь».

И он совершенно не помнит, как вообще попал туда,

Но, очнувшись, Данте взглянул вверх на гору и увидел,

Он увидел ту самую гору, на которую собирался взойти. Тогда, передохнув, Данте направился вверх, но обнаружил, что его путь преградили три зверя: во-первых,