Читаем Малое прекрасно полностью

Под высшими ценностями человека понимается что-то, что хорошо само по себе и не требует никакого обоснования еще более высокими ценностями. Современное общество гордится своим «плюрализмом» и признает множество вещей «хорошими сами по себе» и являющимися целью, а не средством к достижению цели. Все они равнозначны и могут служить главным приоритетом. Если то, что не требует обоснования, назвать «абсолютом», современный мир, утверждающий, что все относительно, на самом деле молится на огромное количество «абсолютов». Всех их и не перечесть; здесь мы не станем даже пытаться это делать. Не только власть и богатство считаются хорошими сами по себе (при условии, что они мои, а не чьи-то еще), но и знание ради знания, скорость перемещения, размер рынка, стремительность перемен, объем образования, количество больниц, и проч., и проч. На самом же деле ни одна из этих священных коров прогресса не является истинной целью, все они — средства, выдаваемые за цели. «В преисподней мира знания, — говорит Этьен Гилсон, есть особое наказание за такого рода грехи — это возвращение к мифам… Мир, потерявший христианского Бога, неизбежно походит на мир, еще его не обретший. Как и эпоха Фалеса и Платона, наша современность „кишит богами“. Среди них — слепая Эволюция, ясноокий Ортогенез, великодушный Прогресс и другие, коих лучше не называть по имени. Зачем без нужды оскорблять чувства людей, поклоняющихся им сегодня? Но важно понять: человечество обречено на жизнь под чарами разрастающейся новой научной, общественной и политической мифологии, если только решительно не изгонит эти одурманивающие понятия, что оказывают ужасающее воздействие на современный мир… Ведь когда боги воюют между собой, люди гибнут.»[151].

Когда столько богов конкурируют между собой и претендуют на главенство, но нет верховного бога, высшей добродетели или ценности, которой бы измерялось все остальное, общество неизбежно сползает в хаос. Современный мир полон людей, которых Гилсон называет «мнимыми агностиками, в ком научные познания и общественное великодушие сочетается с полным отсутствием философской культуры»[152]. Пользуясь престижем «науки манипуляции», они безжалостно разочаровывают людей, пытающихся восстановить целостность человеческого знания, заново развивая «науку понимания».

Что движет ими? Может, страх? По мнению Абрахама Маслоу, занятие наукой часто является защитой.

Хотя изучение психологии ученых и не входит в круг стоящих перед нами задач, необходимо отметить, что, несомненно, они упорно бегут от традиционного понимания человеческого назначения, долга и ответственности, пренебрежение которыми может быть грешно. Несмотря на весь хаос и страдания современного мира, он категорически отвергает понятие греха. Но что же такое грех? Традиционно это слово означало «промах», огреху, как в стрельбе. Это значит пройти мимо самой сути жизни человека на земле; жизни, предоставляющей уникальные возможности для развития; жизни, что являет собой огромную удачу и, как говорят буддисты, редкую привилегию. «Наука манипуляции» не способна ни подтвердить, ни опровергнуть мудрость веков; проверить ее можно только теми высшими способностями человека, которые соответствуют «науке понимания». Если за последней не признают даже права на существование и систематически отрицают все, что с ней связано, то высшие способности никогда не используются и атрофируются, и тогда исчезает сама возможность сначала понять, а потом и достичь цель жизни.

Уильяму Джеймсу (1842–1910) было ясно, что для каждого из нас этот вопрос является в основном делом воли. И в самом деле, вера традиционно считалась делом воли.