– Не верьте, – отрезала Эвелина, – она врет, как дышит. Служба и Маргарита несовместимы. Да, когда-то давно, недолгое время, я работала у ваших родителей. Уж простите за правду, но угодить Ольге Петровне оказалось невозможно. Она требовала, чтобы тарелки в буфете стояли на определенном расстоянии от края полки. Полотенца в ванной должны висеть по ранжиру. Я получала деньги за каждый визит, поэтому в очередной раз просто не появилась у вас. Про вашего отца ничего не могу сказать, видела его один раз, мельком, а мать – наказание для прислуги.

Мне стало очень обидно.

– Неправда! Мама добрый человек. Да, она любит порядок, аккуратность во всем. Но то, что вы говорите, – такого не было. Вас не знаю, а вот Настю, которая появилась, когда я перешла во второй класс, отлично помню. Мама могла попросить ее помыть грязную плиту, на которую домработница не посмотрела, но не измывалась над горничной. Настя много лет в доме служила.

– Вы решили оторвать занятого человека от дел, чтобы окунуться в воспоминания далекого детства? – хмыкнула Волгина.

– Нет, – отрезала я. – Неприятно приносить человеку такое известие, но ваша дочь Маргарита умерла.

– Верно, – подтвердила Эвелина.

– Вам уже сообщили из полиции? – изумилась я.

– Ну да, – спокойно подтвердила Волгина, – позвонили. Пришлось беседовать с ними. Остались сомнения. Бумагу о кончине девчонки брать отказалась.

То, как спокойно собеседница приняла известие о кончине своего ребенка, меня изумило. Но сведения о разговоре с полицейскими и о том, что Волгиной предложили документ, лишили меня дара речи. Что происходит?

Глава шестая

– Вам хотели выписать свидетельство о смерти Маргариты? – громко спросил Костин.

Похоже, Володя тоже усомнился в правдивости слов Эвелины.

– Да, – ответила собеседница, – в России его непременно выдают родственникам покойного, но я не пойду получать бумагу. У меня возникли сомнения.

– У вас есть интернет? – осведомился Юра.

Раздался тихий смешок.

– Да.

– Знаете, что такое Zoom-конференция? – не утихал Чернов.

– Молодой человек, мне неизвестно ваше имя. Но помещение, в котором я сейчас нахожусь, освещается с помощью электрических ламп. Лучины, что торчали из канделябров, велела ликвидировать. Жаль, конечно, что пока не слышала про канализацию – бегаю во двор, в будку. Отправила вам ссылку на конференцию.

– Куда? – совсем растерялась я.

– На ваш телефон, у меня стоит определитель, – объяснила Эвелина. – Посмотрите в «Телеграме». Входите. Жду.

Не успела я сообразить, что происходит, как экран на стене продемонстрировал даму, похожую на английскую королеву Елизавету Вторую.

– Здравствуйте, господа, – начала она. – Чтобы не затягивать время, коего у меня просто нет, сразу объясняю: моя дочь уже один раз скончалась. И в моем случае надо испытывать радость. Девица – чудовище.

– Наша посетительница то же сказала про вас, – пробормотала я себе под нос.

Эвелина поджала губы.

– Ладно. В конце концов, вы ни в чем не виноваты. Начнем общение заново. Покажите рабочие удостоверения. Назовите свои имена, фамилии, года рождения, адреса по прописке. Если информация подтвердится, опять вызову вас на конференцию. Для выяснения понадобится минут десять. Если вы солгали, позвоню кое-кому, он не любит мошенников. Наверное, знаете, что владею фирмой по найму прислуги. Следовательно, тщательно проверяю каждого, кто хочет попасть в приличный дом. У меня есть люди, которые способны вашу подноготную увидеть. Обмануть их невозможно! А те, кто, вопреки предупреждению «не давайте о себе ложную информацию», нагло брешет в глаза, всегда получают по заслугам. Ясно выразилась?

– Более чем, – ответил Костин.

– Через минуту скрины будут у вас, – пообещал Юра.

– Просто подождите, – велела Эвелина, и экран потух.

– Странные дела творятся в датском королевстве, – заметил Вовка. – Маргарита приходит к нам с просьбой найти клиентку, которая унесла товар на сумму более трехсот тысяч, не заплатив. Желание администратора отыскать даму понятно, ведь от служащей требуют возместить ущерб.

– Да, к этой части повествования претензий нет, – согласился Чернов.

Костин встал и направился к окну.

– Но, рассказывая о воровке, Маргарита безбожно врет. Сначала сообщает о своем успешном бизнесе, потом говорит о нищете, хочет, чтобы мы оказали услуги бесплатно. На ресепшене прикидывается Татьяной Петровой. Имя она называет не сразу. Большинство наших клиентов начинают разговор со слов «меня зовут…» Но эта ведет себя иначе: отказывается представиться, потом просит именовать себя Кисонькой. Просто парад глупости. С какой целью она так поступает?

– Встречаются вдохновенные лгуны, – отозвалась я, – они плетут охотничьи истории из любви к искусству, не смущаются, когда концы с концами не сходятся.

– Потом дамочка убегает, – продолжил Костин, глядя на улицу, – ей становится плохо, женщина сама вызывает «Скорую». Сколько времени прошло с момента, как Маргарита умчалась, до звонка Валерии?

– Двенадцать минут, – отрапортовал Юрий.

Володя обернулся.

– Видели, что на улице творится?