Читаем Маленький Сайгон полностью

Виггинс откинулся на спинку стула и сцепил пальцы на затылке.

— Вы репортер?

— Бывший.

— Понимаете, мы чрезвычайно осторожны с версией полковника Тхака, как вы ее называете. Любого упоминания о нем достаточно, чтобы взбудоражить беженцев из Вьетнама. Они испытывают к нему ужас. Надеюсь, вы не думаете писать статью об этом человеке?

— Я думаю о том, как найти Ли, вот и все.

— Понимаю. Мы найдем ее. Но вы должны знать, что намекая на причастность Тхака к последним событиям, вы вызовете страх и создадите потенциально опасную ситуацию в Маленьком Сайгоне. Фактически, насколько мы знаем, вы тем самым сыграете на руку убийцам Зуана и похитителям Ли.

— Кто эти люди?

— Если бы я знал, разве я разговаривал бы сейчас с вами?

— Но должны же быть у вас какие-то идеи!

Виггинс кивнул и подался вперед.

— Должны. Но с вами, Чак, я поделился бы своими соображениями в последнюю очередь.

— Я это знаю.

Виггинс поднялся, скрестил руки и одарил Фрая взглядом государственного человека.

— И все же я это сделаю. Думаю — и тут я высказываю сугубо личную точку зрения — что политика здесь вовсе ни при чем. Что мы зря считаем, будто эти преступления связаны друг с другом. Вот послушайте. Мне кажется, что похитители скоро потребуют крупный денежный выкуп. Помучат вашего брата какое-то время, и потребуют. Всем известно, что у него и у вашего отца имеются средства. А когда они это сделают, мы не упустим момент. Для этого там постоянно находятся Миклсен и Тойбин. Они — наши лучшие специалисты по этой части. Когда похитители придут за деньгами, мы их возьмем. Я это гарантирую. — Виггинс шумно вздохнул. — Кофе хотите?

— Нет, благодарю. Я вас внимательно слушаю.

— Признаться, Фрай, когда я услышал о Зуане, в первый момент я подумал то же, что и вы. За одну неделю убрали двух выдающихся деятелей сопротивления. Но на Зуана, упокой Господи его душу, у нас есть досье. Он — один из тех вьетнамцев, которым коммунисты мерещатся за каждым кустом. Я помню, об этом говорится в досье ФБР. Году в семьдесят восьмом он организовал собственную тайную полицию, чтобы проверять прибывающих беженцев на благонадежность. Людей избивали. Некоторые исчезали бесследно. И знаете, что он говорил тогда? Что за всем этим стоит полковник Тхак. Бедняга был помешан на этом. А теперь у меня есть доказательства, что Тай Зуан мог быть вовлечен в некоторые темные дела с местными бандами.

— Какие дела?

— Он был активистом. Заручался поддержкой для так называемого Комитета освобождения Вьетнама, которым руководит Нгуен Хай. Они финансировали «силы сопротивления» во Вьетнаме. Полагаю, он получил какие-то средства от организованных банд молодежи, а те потребовали вернуть должок. Дьявольски просто бросить тень подозрения, оставив характерный след. Вот и вы попались на эту уловку, не так ли?

— Но кто? «Смуглолицые»? «Граунд Зеро»?

— Этого я не знаю. И не уверен, что это имеет значение. Давайте просто будем считать, что мы получили указания на то, что Зуан был связан с криминальными элементами из среды молодежи. Ведь о политике тут речь не идет. Речь идет о банальных долларах и центах. Вы что-нибудь знаете, Чак? Беженцы очень умны, Чак. Они понимают, что стоит им показать пальцем на Ханой, как добряки американцы клюнут на эту удочку. Мы ненавидим коммунистов у себя в стране, не так ли? Что ж, и беженцы это знают. Они играют на наших собственных страхах, и каждый раз, когда кто-то обчищает их карманы, они обвиняют Ханой. Бандиты это знают. Эдди Во это знает.

— Значит, старика обезглавили юные гангстеры? Верится с трудом.

— В начале восьмидесятых здесь орудовала одна банда. Их главарь был знаменит именно этим. У него была кличка Мясник, прости Господи. Так что мне в это поверить вовсе не трудно. Если, конечно, вы от меня не скрываете что-то насчет Ли и Зуана.

Виггинс сел, простодушно глядя на Фрая.

— Например?

— Канал поставок во Вьетнам. «Протезы», которые отправляют туда Беннет и Ли. — Виггинс улыбнулся. — Ваш брат заявил мне, что отправляет туда пластиковые конечности, а я рассмеялся ему в лицо. Что не так-то легко, когда у человека нет обеих ног.

Фрай промолчал.

Виггинс улыбнулся:

— Эй, я вовсе не против. Я считаю, что это здорово. Посылать столько оружия и боеприпасов, сколько он может приобрести. Впрочем, тут есть один вопрос. Как он их приобретает? Откуда берет деньги?

— Вы загнали меня в угол.

— Я знал это, Чак. Знал, что так будет.

— Забавно, мы опять вернулись к политике.

— Выкачивание денег из страдающих ностальгией беженцев — это не политика. Это воровство.

— Насколько я слышал, генерал Дьен — мастер этого дела.