Читаем Макумба полностью

Ярмолинец Вадим

Макумба

Вадим Ярмолинец

Макумба

В Америке сфера для приложения творческих сил Шурика Пастернака только расширилась. Он быстро встал на ноги, обзаведясь изготовленной из мыльницы пластиковой карточкой, на которой был выдавлен номер Американ-экспресса одного нашего специального пенсионера. Некоторое время он успешно прикупал на эту карточку итальянские гарнитуры в одном тоже специальном магазине на Кони-Айленде и сбывал их за полцены в другой магазин на Джамейка-авеню. Потом он нанялся бухгалтером на оптовый склад компании "Каттэрпиллер" в Ньюарке и трудился здесь до тех пор пока не обнаружилось, что зарплату получает на шесть грузчиков больше, чем числится. Этот факт был сопоставлен с тем, что скромную бухгалтерскую "Хонду-Аккорд" Пастернака сменил непристойно шикарный для этих индустриальных мест "Ягуар". Шурика отпустили до суда под залог в пять тысяч долларов, но он не стал дожидаться разбирательства. Он не многим рисковал, поскольку дело было заведено на покойного Джеймса Фенимора Купера, чье имя Пастернак с гордостью носил на автомобильных правах и карточке соушиал секьюрити брайтонского изготовления.

Спустя полгода мама беглеца получила открытку в три слова: "Мама, не волнуйся". На почтовом штемпеле значилось: "Поста ду Бразил. Рио-де-Жанейро".

На самом же деле ей самое время было начинать волноваться, ибо непутевый отпрыск рода Пастернаков, рода снабженцев, завмагов и директоров баз, уже подпал под влияние сил куда более влиятельных, чем вездесущий ОБХСС, неподкупный американский суд или коррумпированная бразильская полиция .

Внешне все было хорошо ( перебрав несколько смуглокожих кандидаток на пост постоянной подруги, Шурик остановился на юной Сандре Майбиде. Помимо замечательного сложения она располагала собственной квартирой с видом на океан на Авенида Атлантика в респектабельном районе Апрайа-Фламенко. Португальский он одолел месяца за два, не вылезая из постели своей любовницы. Когда первая вспышка страсти прошла, он снова сел за карты и стал ломать реалы с тем же успехом, с каким раньше ломал рубли и доллары. Раз в месяц он собирал на карманные расходы деньги с американских туристов, обещая им экскурсию с "ритуальными танцами индейцев Амазонки возле развалин испанской крепости с романтическим ужином под луной". На 30 километре от Рио, возле мотеля "Агава-Эксельсиор", он отправлял туристов освежиться и делил полученные деньги с водителем автобуса. Когда спустя полчаса обеспокоенные туристы начинали искать гида, он уже был на пути к дому.

В 1992 году Пастернак открыл судоходную компанию, которая за месяц своего существования собрала несколько десятков грузовых контейнеров для отправки за океан, а затем исчезла с лица земли и поверхности вод вместе с деньгами, хозяевами, контейнерами и пароходом.

Шурик блаженствовал. Простой народ вкалывал год, чтобы провести неделю на берегу лазурного океана. У него океан шумел в пятидесяти метрах от дома. Несмотря на эту близость, он построил во внутреннем дворике у Майбиды бассейн с декоративным водопадом. На этот раз он купил белый "Ягуар" с открытым верхом. Когда он подъезжал на нем к ресторану "Дон Педро" на бульваре Республики, его встречал почетный караул ливрейных лакеев. Сандра, нежная и страстная, как и полагается настоящей латиноамериканке, смотрела на него глазами, в которых томилось знойное желание замужества. Но зачем нужно было замужество человеку, над которым ярко светило солнце, ласково шумели пальмы и круглые сутки дежурила влюбленная в него красавица? Шурику показалось, что время остановилось и загустело, как сладкий компот из персиков, над которым кружат жадные до сахара осы.

Из этой сладкой дремы его вывел ряд необыкновенных событий.

Двое дюжих полицейских безжалостно обломали ему дубинками бока в полутемной кладовке бара "Банана-пил" на улице Барато Рибейру, где одному из посетителей не понравились его карты. Это было поразительно, потому что бармен получал свою долю от выигрыша и должен был позаботиться о его безопасности.

Еще через неделю его обворовала проститутка, которая привлекла его своим совершенно нечеловеческим ростом и БМВ постройки 40-х годов, на котором она прибыла на работу. Они начали с маргариты и кончили чистой тэкилой. Утром, пока она спит, он планировал воспользоваться ее машиной для одной конфиденциальной поездки. Поездка должна была завершиться в витрине присмотренного им магазина на улице Сенадор Верейра в Капакабане. Этому номеру его научили два нью-йоркских негра. Они въезжали на стремительном как торпедный катер "Шевроле Монте-Карло" в витрину заранее отобранной ювелирной лавки, а сбитый ими Шурик влетал куда-то под прилавок. Он находился там до прибытия скорой, которая увозила его, нагруженного ценностями, с места происшествия.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза