Читаем Макроскоп полностью

Афре не составило большого труда вернуться в реальность, на станцию разрушителя. Комната была другой — еще один постоянно функционирующий станционный комплекс. Машины изготавливали образцы элементов периодической системы и опускали их во входные отверстия транспортеров — по-видимому, продукция отправлялась на выставку для гостей. Здесь же копировались произведения искусства и готовилась пища. То ли приходилось постоянно пополнять выставку, что означало, что визиты не такая уж редкость, то ли просто экспонаты обновлялись с течением времени.

Шен тоже был здесь, в руках он держал S’-прибор.

— Ты выиграла на Меркурии, 10:5, — объявил он. — Эти чертовы птицы…

Он хлопнул по инструменту.

Так, она все-таки выиграла раунд!

Но видение вновь захватило ее:

Улица Макона, ей семь лет, мужчина-негр стоит над ней. Но страха больше нет. Шесть знамений — восходящий, Солнце, Луна, Марс, Венера, Меркурий уступили место седьмому — Юпитеру — и сейчас она находилась под покровительством доброго бога. Она знала, что этот негр не обидит ее, он не был бандитом. Грабителем был белый.

— Девочка, идем со мной, твоего папу ранили.

— Я знаю, — ответила она.

— Я работаю в магазине, — продолжал он, помогая ей подняться на ноги. — Я видел, как ты выскочила и представляю, как ты сильно испугалась. Но теперь уже все в порядке. Твой папа схватил грабителя и не дал ему уйти, он теперь в тюрьме, я точно знаю, но…

Она ободрала колено, на плече был синяк — она получила его в столкновении с горой банок в магазине, но эти ранения были пустяковыми. Она взяла протянутую руку и пошла назад.

— А как сильно мой папа…

— Ну, я уверен, что его легко ранили. Он такой храбрый человек, не побоялся пистолета. Очень храбрый человек.

Афра опять вышла из видения-воспоминания, но уже по своей воле, иллюзия утратила власть над ней. Ей уже не нужно из нее бежать.

Шен раздраженно смотрел на нее, было очевидно, что у него начала уходить почва из-под ног. Он рассчитывал победить еще раз, забросив ее в кошмарное видение и заставив ее еще раз капитулировать, но она переборола свой страх. Теперь от ее уступчивости не осталось и следа. Какое бы соревнование ни придумывал Шен, теперь он был гораздо дальше от победы, чем в первом раунде под восходящим. Она набирала силу, победа под Меркурием воодушевила ее, над ней все меньше довлел ужас восходящего. Теперь она была готова расширить горизонты своего сознания, разум ее был открыт для новых потоков информации, которые принесут ей победу.

— Вы когда-нибудь задумывались, — спросила она Шена, — над сутью парадокса Странника? Над той единственной его особенностью, которая отличает его от всех прочих макронных передач, и свидетельствует о том, что III тип технологии, это не только количественный, но и качественный скачок?

— Разумеется, — сказал он, но в его голосе чувствовалась неуверенность, он явно просмотрел это, как и многое другое, и лишь сейчас задумался… Еще одно очко в ее пользу! — Странник — это импульс, движущийся со скоростью света, и он принципиально не может управлять таким сложным и хронологически связанным процессом, как деструкция, или, например, восстановление незнакомой живой формы, так как образование, движущееся со скоростью света — максимально возможной в природе скоростью — не имеет обратной связи с событиями в своем прошлом. Та часть программы деструктора, которая начала растворять эпидермис, удалится на расстояние двадцать четыре световые минуты, когда начнет растворяться сердце. А та часть, которая завершает процесс, не будет знать, когда же все началось, так как она теоретически не может подоспеть к месту на двадцать четыре минуты раньше, чтобы засвидетельствовать начало. Ведь информация в реальной Вселенной не может распространяться со скоростью больше скорости света. Выходит, Страннику деструкция не под силу, но в жизни он это делает прекрасно. Парадокс.

— Вы упустили главное! — воскликнула она. — Гений, вы не видите истину! Вы понимаете феномен Странника на уровне ранних галактических цивилизаций.

— Нелепость какая, — раздраженно заметил он. — Я могу показать, как процесс плавления может происходить при подобных условиях. Нужно ли мне рисовать тебе картинку?

— Это невозможно изобразить на рисунке, тупица.

Шен перехватил куб углерода — огромный алмаз — на его пути к одной из выставок, и поставил его на машину, производящую предметы искусства. Затем сбегал в глубь зала, нашел нечто, напоминающее мелок и принялся рисовать на импровизированной доске. Рисунок мелком на алмазе!

— Луч выходит из точки А, взаимодействует с субъектом в точке В и уходит в направлении С, никогда не возвращаясь, — прокомментировал он свой рисунок.

Афра не сомневалась, что он бы изобразил шедевр, если бы захотел, но мелок был слишком грубым, а поверхность алмаза слишком скользкой, и Шен был слишком озабочен тем, что в их поединке удача все меньше ему улыбалась.