Читаем Макроскоп полностью

«Лунатик» — назвал его как-то Брад, поставив перед ним западню, Афра была той самой Луной. Иво знал, что любил бы ее несмотря на то, какой бы умной была она, или каков бы был цвет ее кожи. Поначалу его покорила скорее внешность Афры, чем ее индивидуальность, но со временем он подрастерял свой романтизм и стал смотреть на нее более трезвыми глазами, отмечая изъяны ее характера. Но все равно, любовь его принимала ее всю, неистовую и прекрасную. Всю, несмотря ни на что.

Она внезапно оторвалась от окуляров, озарив его голубым огнем широко раскрытых глаз. Иво смущенно вздрогнул, решив, что она заметила его бесцеремонный взгляд, но ее слова разогнали его напрасные опасения:

— Они следят за нами!

Гротон и Беатрикс появились рядом с ней словно из-под земли.

— Они живы, — с тревогой продолжала она. — За нами следит радар!

— Ну, раз уж влипли, остается только расслабиться, — сказал Гротон, но вид его не был таким уж беззаботным.

Беатрикс осмелилась вставить одно из нечастых своих замечаний:

— Но если бы они хотели, то наверное уже сделали бы с нами чего-нибудь?

Афра в ответ мило улыбнулась, так, как она часто делала это в последнее время:

— Ты права, Трикс. Я просто ударилась в истерику, когда это обнаружила. Они бы давно сделали из нас лепешку, если бы захотели. До них сорок тысяч миль, и на таком расстоянии их оружие, несомненно действует. Так что, согласно гороскопу, нам не суждено умереть сегодня.

Странная антенна продолжала следить за ними, пока корабль приближался. Это была проволочная спираль, выгнутая в форме чаши, около двух футов в диаметре. В центре ее торчал штырь, на который были нанизаны шарики. Других признаков жизни не было. У Иво на ладонях выступил холодный пот, он незаметно вытер его. Неужели только он испытывает этот немодный нынче страх?

Основная часть путешествия была уже проделана, огромное расстояние было пройдено почти незаметно благодаря деструкции и 10G. Оставались сущие пустяки — торможение и стыковка. Афра вывела корабль на синхронную относительно спутника орбиту вокруг разрушителя, на дистанции пяти световых минут, и выключила двигатели. Никто не имел понятия, как тело размером не более двух миль создавало гравитационное поле, эквивалентное полю небольшой звезды. Галактические технологии использовали гравитацию как обычный инструмент — вот и все объяснения.

— Кто-то должен остаться на корабле, — сказал Гротон. — Мы не знаем, что нас там ждет.

— Иво должен остаться, — ответила Афра. — Если что-то случится, он единственный, кто сможет увести корабль и Нептун.

Она сказала это так, будто он был мебелью, вещью, даже не спросив его мнения.

— Оставьте мне компаньона, я очень боюсь темноты.

— Я останусь, — сказала Беатрикс. — Иди, Гарольд.

Иво не смог придумать достойного возражения.

Гротон и Афра надели скафандры и по очереди вышли через шлюз в космос. Иво остался наедине с Беатрикс первый раз после их беседы на Шене, казалось, это было очень давно. За это время он побывал в далеком прошлом Земли, в ее геологическом прошлом, путешествовал за пределами галактики. Его тело претерпело бесконечное количество циклов деструкции и восстановления, сам процесс стал уже просто скучен. Он прожил много жизней, и многие его убеждения остались в тех, прошедших жизнях. Почему же его так беспокоит, что Афра и Гротон ушли вдвоем?

Он хотел было сказать что-то Беатрикс, но понял, что его вопросы могут нарушить ее душевный покой. Она свято верила своему мужу. Он задумчиво смотрел на нее и замечал, сколь разительные перемены произошли с ней. Когда он впервые встретил ее, перед ним была полная женщина лет сорока на вид в возрасте тридцати семи лет. В период кризиса на Тритоне, несмотря на истощенность, на вид ей было те же сорок. Но теперь она выглядела на тридцать, ну на тридцать пять — восстановив здоровье, она не вернула свой вес. Волосы были ярко-белыми, ноги стали стройнее, а тело напоминало тело той богини, что лишь мгновение видел Иво при восстановлении. Перемены происходили в ее облике постепенно, удивительно, что он только сейчас обратил на это внимание.

— Вы изменились, Иво, — сказала она.

— Я изменился?

— После визита в Тир. Вы были так молоды и неуверенны. Теперь вы повзрослели.

— Я не чувствую себя взрослым, — ответил он недоверчиво, но был польщен. — Во мне еще много сомнений и колебаний. А в Тире не было ничего, кроме насилия и интриг — эта жизнь не по мне. Не понимаю, как она могла изменить меня.

Она только пожала плечами.

Иво взглянул на экран и вспомнил, что половина их группы штурмует сейчас инопланетный объект. Гротон и Афра…

— Ее уже не мучает память о Брадли Карпентере, — сказала Беатрикс. — Вы заметили разницу? Она так изменилась. Это замечательно.

Можно ли быть слишком добрым? Да, Гротон и Афра рисковали своими жизнями, пытаясь установить контакт с цивилизацией, которая, скорее всего, могущественна и враждебна, но нельзя же совсем забывать о том, что чувствуют другие.

— Да, я заметил разницу.

— И она уже гораздо лучше ладит с Гарольдом. Я уверена, он всегда был добр к ней. Он ведь такой спокойный.

Иво кивнул.