Читаем МакМафия полностью

«С 1992 года Черногория представляет собой один сплошной рынок контрабандных сигарет», – писал немецкий федеральный прокурор, который анализировал эту ситуацию с 1994 года. Разумеется, причина, по которой бедствующее государство взялось за это, заключается в том, что мужчины и женщины в Евросоюзе не любят оплачивать высокие табачные акцизы и сами готовы нарушать закон, покупая сигареты на улице. В северном Лондоне сигареты, не обложенные акцизом, можно купить у курдов и косовских албанцев, которые ими торгуют прямо возле супермаркета «Сэйфуэй» на оживленной улице Холлоуэй-роуд. Одна пачка стоит полтора-два евро, что на три евро дешевле сигарет с оплаченным акцизом. Несмотря на то что эти сигареты проделывают трудный путь из США через Роттердам, на Восточное Средиземноморье и обратно через Балканы, десятки людей, участвующих в контрабанде, получают сказочные прибыли, поскольку с фабрики сигареты отпускают всего по 40 центов за пачку. Для многих жителей Балкан контрабанда оказалась идеальным «преступлением без жертвы» – курение там не считается чем-то предосудительным, а проигравшими оказываются только министерства финансов европейских стран. Так что какая разница?

Вести свой сигаретный бизнес Бокан мог только с одобрения правительства в Белграде, а это означало, что Слободан Милошевич должен был дать свое личное разрешение. «Он утверждал все», – признавался позже тесть Вани, генерал из КОС. Естественно, свое одобрение должны были дать и могущественные югославские спецслужбы – УДБА («Управа државне безбедности», или Управление госбезопасности, гражданская тайная полиция) и КОС (военная контрразведка). Поскольку в бывшей Югославии, в отличие от других восточноевропейских стран, установились националистические диктатуры и разразилась война, там не проводились мероприятия по лишению тайной полиции ее власти, как это было в Болгарии. По всей Югославии организованная преступность и тайная полиция работали в замечательном согласии, да так, что часто было невозможно понять, где заканчивается первая и начинается вторая. Таким образом, Югославия превзошла по своей криминализации все другие восточноевропейские страны. Итогом всего этого явилось насилие и разрушения.

Хорваты, албанцы, македонцы, черногорцы и сербы прекрасно сотрудничали друг с другом в переправке контрабанды, наркотиков и женщин из одной республики в другую. Получив «лицензии» от своих правительств и спецслужб, они образовали эффективные картели с системой «горизонтальных» связей, которые распространялись на несколько стран. Один из крупнейших таких картелей объединял турецкие героиновые группировки и болгарские, сербские, македонские и албанские синдикаты и переправлял в Западную Европу внушительное количество героина, производившегося в Афганистане. Во время войн в Косово и Македонии на рубеже тысячелетий этот картель работал как часы, несмотря на то что маршруты контрабанды пересекала линия фронта.

Но если сотрудничество с враждебными народами оказалось простым делом, то у себя дома преступники стали сталкиваться с угрожающе серьезной конкуренцией. Большая часть из сотен мафиозных убийств, совершенных на Балканах между 1990 и 2007 годами, была совершена соотечественниками жертв: убийство сербами сербов и хорватами – хорватов стало повседневным явлением.

Один из особенно кровавых эпизодов убийств в Сербии был спровоцирован «сигаретными войнами», которые разразились, когда на сцене появились два новых игрока, решивших, что они сумеют заставить Ваню Бокана потесниться. Оба были очень опасны. Станко Суботич по прозвищу Хлыст, который начинал как скромный портной и служащий Бокана, в итоге превратился в самого могущественного контрабандиста в Европе, – он проживал в Швейцарии и имел офисы в Дубае. Хлыст сыграл на известной скаредности Бокана и втиснулся в черногорскую сигаретную торговлю, предложив соучастникам более высокий процент от прибылей.

Вторым был гонщик-любитель, который построил в своем родном сербском городке Панчево псевдо-Диснейленд под названием «Бэмбиленд». Люди обращались к этому молодому бандиту с исключительной почтительностью: ведь его звали Марко Милошевич, и он был сыном Слободана Милошевича, главного сербского «капо». Сербское Управление по борьбе с организованной преступностью установило, что Милошевич-младший приказал сровнять с землей приграничные магазины своих конкурентов, торговавших безакцизными сигаретами (это были важнейшие точки их розничной продажи). Оно установило также, что жена Милошевича Мирьяна Маркович, эта балканская леди Макбет, убедила начальника таможни разрешить ее сыну безнаказанно ввозить и вывозить из Сербии контрабандные сигареты.