Читаем Макбет полностью

– Это мой незаконнорожденный сын, – поправился Тортелл, погладив парня по спине и весело подмигнув Макбету. – Видите ли, познакомился я с ним совсем недавно. Мы похожи, правда, Леди?

– Вы, любезный Тортелл, как были хитрецом, так им и остались. А имя-то у него имеется?

– Как насчет Каси Тортелл-младший? – Бургомистр ухватил себя за длинный ус в стиле Сальвадора Дали и, когда Леди закатила глаза, оглушительно захохотал.

– Пожалуйте к нам в тепло и возьмите себе чего-нибудь выпить, – сказала хозяйка казино.

Бургомистр с сыном зашли внутрь, а она встала рядом с Макбетом.

– Как ему не стыдно, старый развратник, – сказал Макбет, – а я-то считал Тортелла порядочным.

– Он один из самых уважаемых в этом городе, и этого достаточно, дорогой. Власть позволяет делать все, что заблагорассудится, причем люди все равно будут тебя уважать. Наконец-то ты улыбнулся.

– Разве?

– Прямо как клоун. – Леди уже повернулась к притормозившему возле входа такси. – По-моему, не стоит так широко улыбаться, любимый. А вот и Яновиц – инвестор из Капитоля. Настоящая акула в море недвижимости.

– Еще один падальщик, готовый за гроши скупить все наши закрытые фабрики?

– Его интересуют казино. Любезно поздоровайся с ним и при случае заверь его, что уровень уличной преступности в городе уже сократился.

Раздался выстрел, заднее стекло с шумом осыпалось, Флинс инстинктивно вскрикнул и пригнулся.

– Сколько их? – спокойным голосом спросил отец, сворачивая вправо, в вымощенный брусчаткой переулок. Флинс обернулся. Грозный мотоциклетный рев становился все громче, и казалось, будто их настигает разъяренный дракон.

– Пятеро или шестеро! – крикнул Флинс. – Давай пистолет!

– Не получится, я его оставил дома, – ответил Банко. – А теперь держись крепче.

Он вывернул руль, колеса ударились о бордюр, «вольво» подпрыгнул и, чуть не задев угол одного из фешенебельных магазинов, нырнул влево, в еще более тесный переулок. Флинс догадался, что задумал отец: в таких переулках с односторонним движением мотоциклисты вряд ли смогли бы оцепить их с двух сторон и прикончить. Однако преследователи неумолимо приближались. Сзади вновь раздался выстрел. Флинс еще не освоил искусство, которым в совершенстве владел его отец, и не научился определять оружие по звуку сделанного из него выстрела, но даже он понял, что стреляли из ружья. Что в какой-то степени лучше, чем…

В эту секунду машину осыпало градом пуль.

Лучше, чем автомат.

Отец опять решительно свернул в очередной переулок, будто зная, куда направляется. В этом районе было полно магазинов, но сейчас все уже закрылись, и людей на улицах почти не осталось. Неужели отец знал выход из этого лабиринта? И Банко, будто услышав мысли сына, неожиданно повернул вправо, мимо дорожного знака, который не предвещал ничего хорошего.

– Папа! Это же тупик!

Но Банко не ответил.

– Папа!!

Банко опять промолчал и лишь сосредоточенно глядел вперед, вцепившись в руль. Флинс только сейчас заметил, что по шее у отца стекает струйка крови, окрашивая воротничок в розовый, отчего он напоминал лакмусовую бумажку. И там, откуда кровь вытекала, чего-то не хватало. Вот почему он не отвечает! Флинс посмотрел вперед. За рулем на приборной доске лежало ухо – маленький комочек кожи, плоти и крови.

Флинс перевел взгляд на лобовое стекло и впереди увидел конец – в буквальном смысле. Тупик упирался в солидное деревянное здание. На первом этаже виднелась большая, тускло освещенная витрина, которая сейчас стремительно приближалась, хотя отец даже и не думал останавливаться.

– Пристегнись, Флинс!

– Папа!

– Быстро!

Флинс рванул ремень безопасности и успел в последний момент воткнуть его в защелку, когда передние колеса столкнулись с тротуаром и машина встала на дыбы. Капот наполовину вошел в витрину, и Флинсу даже сперва показалось, будто они проехали сквозь пелену белого стекла. Когда он очнулся и огляделся по сторонам, то понял, что случилось нечто непредвиденное. Похоже, он на несколько секунд отключился и что-то упустил. В ушах у него жутко звенело. Отец неподвижно сидел, уткнувшись головой в руль.

– Папа!

Флинс тряхнул его за плечо:

– Папа!!

Банко не откликался. Лобового стекла больше не было, а на капоте что-то блестело. Флинс несколько раз моргнул и лишь потом понял, что перед ним такое. Кольца. Цепочки. Браслеты. А на стене золотыми буквами было выведено: «Ювелирный магазин Якобс и сыновья». Их угораздило заехать в чертов ювелирный магазин. А звенит у него не в ушах – это сработала сигнализация от воров. И тут до него дошло. Все сигнализации в городских банках, казино и крупных ювелирных магазинах были напрямую подключены к центральному коммутатору в Главном управлении, а оттуда сигнал сразу же поступал всем патрульным машинам в округе. Видимо, отец все-таки знал, куда ехать.

Флинс попытался расстегнуть ремень безопасности, но не смог. Он тянул и дергал, но защелка никак не желала вылезать из замка.