Телохранитель вытащил руку и поднес ее к глазам. Кровь? Это что, сон? Он застонал. Какая-то доля мозга кричала об опасности, и Андрианов попытался собраться, сосредоточиться, он огляделся и на полу рядом с креслом увидел его – пистолет. И возле кресла напарника, который казался спящим, валялся пистолет.

– Что… – Андрианов поднял глаза, и его взгляд уперся в дуло пистолета, который держал стоявший перед ним мужчина.

– Полиция! – закричал мужчина. Это был он, Макбет. Новый начальник этого… как его…

– Держи оружие на виду, иначе стреляю!

Андрианов растерянно моргнул. Такое чувство, словно он лежит в болоте. Что он такое выпил?..

– Не смей в меня целиться! – продолжал орать Макбет.

– Нет… – Какой-то внутренний голос подсказывал Андрианову, что поднимать с пола пистолет – не лучшая идея. И что если он замрет и будет сидеть неподвижно, то человек перед ним стрелять не станет. Но это не помогло. Возможно, часы, дни и годы на должности телохранителя превратили действие в инстинкт, не зависящий от желания. Защищать, не заботясь о собственной жизни. Или, может, он был так устроен изначально, поэтому и выбрал такую работу.

Андрианов успел протянуть руку к пистолету, когда его жизнь и рассуждения навсегда прервал маленький железный шарик, пробивший лоб, мозг и спинку кресла, но на этом не остановившийся и проделавший дыру в сотканном из золотых нитей ковре, за который Леди заплатила в Париже целое состояние. От звука выстрела напарник Андрианова вздрогнул, но, получив свою пулю в лоб, так и не успел проснуться.

Услышав первый выстрел, Дуфф шагнул к двери в смежный номер, но Леди удержала его:

– Он сказал, тебе туда нельзя.

Прогремел второй выстрел, Дуфф вырвался из ее хватки, распахнул дверь и ворвался внутрь. И замер, озираясь вокруг. Двое в креслах. И у обоих во лбу третий глаз.

– Рыцари севера, – сказал Макбет, убирая дымящийся пистолет в кобуру. – Дело рук Свенона.

Со стороны коридора в дверь постучали.

– Впусти их, – распорядился Макбет.

Дуфф повиновался.

– Что тут происходит? – запыхаясь, выпалил Малькольм. – О господи всевышний, они что… И кто?..

– Я, – ответил Макбет.

– Они вытащили оружие, – добавил Дуфф.

Малькольм недоуменно переводил взгляд с Дуффа на Макбета.

– И что, хотели на тебя напасть? Зачем?

– Потому что я собирался их арестовать, – ответил Макбет.

– За что? – в дверях показался Ленокс.

– За убийство.

– Господин Малькольм, – проговорил Дуфф, – боюсь, у нас для вас плохие новости.

Он видел, как сузились за квадратными стеклами очков глаза Малькольма и как сам он слегка наклонился вперед, подобно изготовившемуся ударить боксеру. Взгляды присутствующих обратились к фигуре, появившейся в дверях, которые вели в номер Дункана.

– Комиссар Дункан убит, – сказала Леди. – Его убили во сне, ножом.

Услышав последнюю фразу, Дуфф машинально повернулся к Макбету – нет, ничего нового он не услышал, однако эта фраза прозвучала отголоском другой, но очень похожей на нее, сказанной много лет назад в столовой одного детского дома.

На миг их глаза встретились, но они оба тут же отвели взгляд.

Часть 2

Глава 10

В то утро, когда комиссар полиции Дункан был найден в «Инвернессе» мертвым, Леди приказала повесить на дверях табличку «Закрыто» и очистить казино от посетителей.

Ребята из Отдела криминалистики, прибывшего в полном составе во главе с Кетнес, оцепили второй этаж.

Остальные полицейские собрались в пустом игровом зале вокруг большого стола с рулеткой.

Дуфф посмотрел на заместителя комиссара Малькольма, сидящего в конце импровизированного стола для переговоров. Собираясь протереть очки, Малькольм снял их, да так и замер, уставившись на зеленое сукно, словно там были написаны ответы на все вопросы. Дуфф иногда недоумевал, почему Малькольм, будучи самым высоким в Управлении, всегда ходит сгорбившись. Видимо, тот, сознавая, что в полиции не работал, чувствовал себя чужаком и наклонялся ниже машинально, будто прислушиваясь к перешептыванию подчиненных. Он был бледен – может, чересчур переборщил со спиртным накануне, а может, из-за свалившейся вдруг на него ответственности, ведь ему теперь предстояло исполнять обязанности комиссара полиции.

Не поднимая глаз, Малькольм подышал на очки и протер их. Как будто боялся встретиться взглядом с коллегами, которые ждали, когда он начнет говорить.

Впрочем, возможно, Дуфф судил его чересчур строго. Все знали, что в формировании программы Дункана Малькольм часто играл роль как молота, так и наковальни. Вот только годился ли он на роль главы Управления? Каждый из собравшихся за столом не один год управлял каким-то отделом, а Малькольм всего лишь бегал, сгорбившись, по пятам за Дунканом, прямо как секретарь, только с зарплатой повыше.