– А скажи-ка, – продолжала она, – красотка из казино не подсовывает тебе никакого зелья?

Банко заметил, как Макбет напрягся, и подумал, что Стреге повезло – Макбет явно считал ее женщиной. Макбет усмехнулся и собирался было ответить, но передумал. Переступил с ноги на ногу. Вновь открыл рот. Но и на этот раз не проронил ни звука. Затем он резко развернулся и зашагал к входу в Главное управление.

Гигантша проводила его взглядом.

– Ну, а ты, Банко, хочешь знать, что тебя ждет?

– Нет! – Он развернулся и направился следом за Макбетом.

– Или твоего сына, Флинса?

Банко остановился.

– Хороший мальчик, трудолюбивый, – продолжала Стрега, – Геката обещает, что если Флинс и его отец будут играть по правилам, то со временем мальчик тоже дорастет до комиссара полиции.

Банко повернулся и уставился на нее.

– Подниматься наверх, но не спеша. – Сказав это, она коротко поклонилась, улыбнулась и подхватила сестер под руки. – Пошли, сестренки.

Банко смотрел им вслед, пока их удивительная троица не скрылась за углом. На этой улице они казались до крайности неуместными, и Банко даже засомневался, что вообще видел их.

– В наше время столько психов по улицам разгуливает, – сказал Банко, догнав Макбета в холле перед проходной.

– В наше время? – Макбет во второй раз нетерпеливо нажал на кнопку лифта. – Психов в этом городе всегда хватало. А ты заметил, что дамочки явились с защитниками?

– Невидимая рука Гекаты?

Двери лифта открылись.

– Дуфф! – Макбет отступил в сторону. – Ну, как ты…

– Привет, Макбет, привет, Банко, – бросил им Дуфф и быстро направился к выходу.

– Ух ты, – удивился Банко, – чего это он разнервничался?..

– Вот что значит быть начальником, – улыбнулся Макбет. Он вошел в лифт и нажал кнопку подвального этажа. Гвардейский этаж.

– Ты заметил, что у Дуффа всегда скрипят ботинки?

– Это потому, что он носит обувь на размер больше, – ответил Макбет.

– Это еще зачем?

– Без понятия. – В эту секунду к лифту подбежал охранник. Макбет придержал закрывающиеся двери.

– Звонили от комиссара, – запыхавшись, сказал охранник, – велели тебе зайти к нему, как только придешь на работу.

– Ладно, – Макбет отпустил двери.

– Неприятности? – спросил Банко, когда двери закрылись.

– Видимо, да, – и Макбет нажал кнопку с цифрой «пять», чувствуя, как саднит рана на плече.

Глава 5

Леди прошлась по игровому залу. Свет огромных хрустальных люстр мягко растекался по темным столам красного дерева, за которыми играли в блек-джек и покер, тонул в зеленой фетровой обивке, на которой сегодня вечером будут весело подпрыгивать фишки, и поблескивал на позолоченной рулетке, минаретом возвышавшейся посередине стола. Хрустальные люстры были изготовлены по заказу и представляли собой уменьшенные копии огромной – весом четыре с половиной тонны – люстры из дворца Долмабахче в Стамбуле, а шпиль люстры по форме напоминал рулетку. На каждой люстре имелась веревка, привязанная другим концом к перилам мезонина, так что каждый понедельник люстры спускали вниз и чистили. Леди знала, что большинство гостей не обращают внимания на подобные мелочи. Например, на крошечные, едва заметные лилии, вышитые на толстых темно-красных коврах, купленных в Италии и обошедшихся в целое состояние. Но она сама знала – знала, что шпили на люстрах похожи на рулетку, и знала, почему на коврах вышиты лилии. Для нее этого было достаточно. Потому что все это принадлежало ей.