— В Лондоне гораздо легче, — посетовала миссис Халлифорд. — А здесь люди слишком уж чувствительные. Тут недавно вывозили черные классные доски из деревенских школ. Мне лично эта идея показалась неплохой, хотя бедняга Джеймс Лоусон, который глух, как тетерев, потратил уйму времени, гоняясь вместо них за черными дроздами. И никто вроде бы не имел ничего против, потому как мы позже отдавали их обратно — уж дети точно не возражали. А вот с учителями взаимопонимания не возникло. Мы потеряли популярность в этих краях, но настоящие неприятности начались, когда мы с раннего утра отправились собирать мусорные баки. И не то чтобы их владельцы особенно жаловались. Скандал разразился из-за того, что мы свезли их в бесплатную библиотеку. Туда почти никто не ходит, но полиция возражала. Ну и мы на время решили отказаться от этих вылазок. Хотя можно устроить игру с тайным бегством влюбленных.

Филлис Морель захлопала в ладоши.

— Тайное бегство влюбленных! Звучит божественно. А как в нее играют?

— Точно не скажу. Читала тут на днях об этой игре, но правила там были обозначены туманно. Сама никогда не пробовала, так что, видно, придется самим разрабатывать правила.

— Так давайте займемся этим прямо завтра.

— Если погода позволит. Но вообще-то игра проводится ночью, так что у нас будет время все продумать и организовать.

Анджела, сидевшая на другом конце стола, поздравила мистера Халлифорда с тем, что ему нет нужды всерьез заниматься фермерством, поскольку он достаточно богат.

— Постоянно слышу от друзей, что единственный недостаток фермерства заключается в том, что ты рано или поздно неизбежно разоряешься. А вам такая опасность не грозит, и вы можете в свое удовольствие интересоваться всем этим овсом и прочими культурами, растущими тут повсюду. Просто идеально.

— Да, стараюсь проникнуться этим духом, — признался Халлифорд. — Но знаете, это похоже на медицину, а медицина поначалу всегда пахнет дурно.

— Не совсем понимаю, при чем тут медицина?

— Видите ли, у меня расшатались нервы, и врачи посоветовали отказаться от бизнеса и найти себе вместо этого какое-то успокаивающее занятие. Ну, вот я и подумал, что фермерство подходит как нельзя лучше. Одно огромное преимущество — здесь, слава богу, так тихо и спокойно.

— Не верьте ему, миссис Бридон, — вставил Карберри, сидевший по левую руку от нее. — Все как раз наоборот: нервишки у него разгулялись сразу после того, как он стал жить тихо и спокойно. Вот, скажем, в Южной Африке никаких проблем с нервами не было. Там у людей смягчаются нравы; если человек сколотил состояние, то может остановиться, отдохнуть и подумать.

— Я бы не стала сравнивать это с фермерством, — заметила миссис Арнольд, сидевшая слева от него. — Настоящий фермер вечно пребывает в тревоге — будет завтра дождь или нет. Настоящим фермерам, как Лесли, к примеру, надобно, чтобы дождь пошел прямо сейчас, а Уолтеру плевать. Ему все равно, что будет с корнями растений, как и всем прочим подобным ему людям, выбрасывающим деньги на ветер, покупающим разрушенные дома в деревнях со всеми этими силосными башнями, тракторами и прочим. Настоящие фермеры не в силах привлечь внимание правительства к своим проблемам и нуждам. «Да вы посмотрите на этого человека, Халлифорда, — скажут они. — У него все в порядке».

Настал момент, когда все дамы поднялись из-за стола, и аграрная тема была, к счастью, похоронена.

— Но если б я была на месте мистера Халлифорда, — пробормотала себе под нос Анджела, выходя из столовой, — я бы использовала деньги, чтобы окружить себя людьми. Людьми, которых люблю и которые отвечают мне взаимностью.

Глава 4

Правила игры