Читаем Майя (СИ) полностью

От безысходности, многие уезжали из местечек, где можно было умереть от голода, осваивали профессию пахаря, сеяли пшеницу, разводили коров, занимались огородничеством. Чтобы помочь выжить советским евреям, американский Агро-Джойнт выдавал желающим кредит на покупку лошади, коровы, птицы, необходимого инвентаря и на строительство дома. Моя младшая сестра, Соня, вместе с мужем тоже взяли такой кредит и поселились в Калининдорфском районе, в Большой Сейдеменухе. Сам район располагался севернее Каховки между Днепром и Ингульцом и управлялся национальным советом. В нём находились несколько поселений, еврейские школы, была даже агрошкола с преподаванием на идиш, по моему две больницы, народный дом, несколько библиотек, почты и еврейский театр. Там выходила местная газета «Колвирт эмес»- «Колхозная правда». В 1929 году в Америке случился экономический кризис. Наступившая большая депрессия резко уменьшила помощь Джойнта и преуспевающие еврейские хозяйства объединили в колхозы, изменив при этом еврейские названия.

Годом ранее, евреям выделили земли в Сибири, в прежние времена в те места по этапу отправляли ссыльных, а евреев для освоения непроходимой тайги, иными словами, чем подальше от зарубежных глаз, тем меньше шума. Участок этот находился в междуречьи двух притоков Амура Биры и Биджана, так образовался Биробиджан, ставший в мае 1934 года Автономной еврейской областью.

Придя домой, Марк застал своих женщин сидящих в обнимку на диване с красными от слёз глазами:

-Мама, Эмма, почему вы плачете? Майя, что стряслось?- обеспокоенно спросил он.

-Ничего страшного, сынок. Эмма, а за ней и я просто посвятили твою дочь в события предшествующие последней войне и во все сопутствующие ужасы во время и после неё, вследствии чего нам троим захотелось поплакать.- отвечала Ида.

-Да это была страшная- влился в беседу Марк- братоубийственная война. Она унесла тысячи человеческих жизней и, к нашему глубокому прискорбию, сопровождалась истреблением евреев, в котором участвовали все воюющие стороны. Горькое было время, но оно кануло в вечность. Мы живы и здоровы, дом насыщен весьма аппетитными ароматами и признаюсь вам честно, я бы не отказался от обеда.- улыбнулся Марк.

-Ой, прости нас- всполошились женщины и бросились на кухню накрывать на стол.

-Марик, как прошло твоё дежурство?- наливая мужу суп, спросила Эмма и, поставив перед ним тарелку, села напротив.