Читаем Майя (СИ) полностью

Дуся, со словами :» Милости просим»- пригласила непрошеных посетителей к столу, подав на тарелке тонко нарезанное сало с луком и хлебом, вынула из печи чугунок с варёной «в мундире» картошкой и поставила на стол бутыль самогону.

«Вот это я понимаю приём!»- довольно потирая руки, воскликнул Василий, затем предложил своему собутыльнику:

«Давай, Никодим, разливай по стаканам, ну «Будьмо!»

-А что же это ты, хозяюшка, с нами не пьёшь? Неужто, брезгуешь?-обратился неуёмный Василий к Дусе.

-Нельзя мне пить, язвой страдаю- отвечала она ему.

-Ну, тогда за твоё здоровье, Евдокия Андреевна - многозначительно посмотрев на молча стоявшую у входной двери Дусю, Василий опрокинул залпом в рот очередной стакан самогонки и, громко чавкая, стал заедать его огурцом.

Через полчаса, опорожнив половину бутыля, оба полицая «не вязали лыка» и стали во всю глотку горланить песни.

-Вы ко мне зачем приехали?- в сердцах спросила Дуся.

-Так на тебя, красавица, посмотреть- хитро прищурив тусклые глазёнки, прохрипел Василий.

-Посмотрели и будет! - и, потеряв всякое терпение, Дуся добавила - Не пора ли вам на службу возвращаться?

-Когда ты права, то права, ничего не скажешь. Никодим мы и вправду загуляли, поехали назад, пока нас не хватились.

Не забыв прихватить с собой бутыль, оба полицая взобрались на телегу и к невообразимой радости хозяйки, убрались восвояси.

-Я уж не знала, как от них избавиться- произнесла с облегчением Дуся, глядя вслед удаляющимся мерзавцам.

-Евдокия Андреевна, вы не обижайтесь, но мне кажется, что этот Василий к вам не равнодушен- проронила, сидевшая в углу девушка.

-Ты правильно подметила, милая, он проходу мне смолоду не давал, только сердце моё к нему никогда не лежало. От червивого яблока, Майя, за версту воняет, так и с ним, гнилой человек, ну куда ему до моего Коли. Отец Васьки, слыл на селе крепким хозяином, старика при Советской власти, раскулачили да в Сибирь угнали, он там поди и сгинул, а сынок у тётки своей прятался, матери Никодима, так, что эти двое между собой двоюродные братья. В его родительском доме разместили сельсовет, так он у родных все эти годы жил, а в голодомор исчез куда-то из села, назад вернулся, когда немцы пришли, вот и лезет из кожи вон, хвостом перед ними виляя, да на людях вымещает накопленную за годы ненависть.

-Тётя Дуся, я их видела среди карателей, разгромивших партизанский отряд- заметила Майя - а легенду для меня вы ловко сочинили, спасибо вам большое!