Читаем Майя полностью

Какие лица! Женщины, дети, монахи, старики, - это совсем другой мир, как это ощутимо после пестрой и шумной Индии. Маленький Тибет, мечтающий о свободе. Хочется улыбаться всем прохожим, смотреть в их раскосые лучистые глаза, быть среди них, стать как можно ближе к этой солнечной самодостаточности, повернувшей взгляд внутрь себя.

Вот, кажется я нашла место, где хочу жить, - небольшой красный коттедж недалеко от дороги с белыми решетчатыми окнами, распахнутыми к ясным утренним горам. "Шоколадное логово", - так называется это местечко, с уютным небольшим шоколадным кафе, каменными лестницами, спускающимися меж горных деревьев к зеленой полянке, на которой, зажмурив глаза, под солнышком грелась маленькая смуглая девчонка.

Хозяйка удивила меня всем, - и безупречным английским, и итальянской внешностью, и экспрессией в свободе выражений, никогда не виденной мной раньше в индианках. Она так ловко отвела меня на самый верхний этаж, что я не успела опомниться, как уже сидела в роскошных по индийским меркам апартаментах и была счастлива, что там было все необходимое для жизни, даже холодильник и газовая плита.

Маленький чертенок во мне опять рвется на улицу, как в детстве, когда в любой момент готова сорваться и отправиться в увлекательное путешествие, даже если это путешествие за угол дома. Железная спиральная лестница гремит на весь маленький дворик, когда я сбегаю вниз и торжественно замолкает, когда я отталкиваюсь от последних ступенек и спрыгиваю на траву.

Полянка с ее белокурой гостьей с любопытством глазеет на меня, шелестя тенями и резвясь солнечными бликами.

- Куда ты так бежишь? - голубые глаза изучают меня таким же ясным взором, как сегодняшнее утреннее небо.

- Навстречу жизни. Ты кто?

- Я - Лесси.

- Лесси:) Какое нежное имя! Ты живешь здесь?

- Да.

- Приходи сегодня ко мне.

- Приду:)

- Давай ближе к вечеру, ОК? Часов так в пять, идет?

- Идет.

- Ну я побежала! Приходи обязательно, ладно?

- Обязательно приду.

Лесси... Чуть было не схватила ее сейчас с собой, хотела попросить, чтобы она мне все тут показала, но быстро поняла, что это не то, совсем не то, что если я сделаю это сейчас, то все прямо в этот момент и закончится обыденностью, скукой, серостью. Как же так? Почему когда я думаю о том, что она придет ко мне вечером, будет что-то звонкое и лучистое, а если бы я прямо сейчас осталась с ней или взяла ее с собой, то я уверена в том, что ничего бы этого не было?

Я все время живу так, как будто перехожу из точки А в точку Б, это движение по прямой. Меня как будто замуровали в эту прямую, и какая разница, когда на этой прямой появится точка "Лесси"? Часом раньше, часом позже... Какая же мертвость во всем этом! Как будто со всех сторон сдавлена бетонными плитами и могу только ползти.

Живые желания - вот что сбрасывает эти плиты и раскрывает мир-путешествие! Я не знаю, что ждет меня за следующим шагом, и каждое движение - выбор той реальности, в которой я окажусь в следующее мгновение, это установление нового, в котором важен каждый поворот. Стоит только немного отвлечься и выпасть из волны живого желания, как почти сразу возвращаюсь в мир обыденности. Да, это были бы две совершенно разных жизни, - с Лесси сейчас и с Лесси, которая придет сегодня вечером. Почему это так? Я не знаю, у меня нет никаких объяснений, но есть ясность, золотистой нитью ведущая к новым и новым открытиям.

Из-за ворот, украшенных яростными мордами буддийских божеств, выбежали две совсем юные, наголо стриженые монашки. Подхватив свои бордовые платья и звонко смеясь, они устремились вниз по разбитой дороге, еще не высохшей от ночной росы, быстро щебечут что-то на чарующем, переливающемся языке, и как же мне хочется узнать, о чем они говорят, о чем думают, чем живут... Ветер перебирает разноцветные флажки с тибетской символикой, солнце отражается в светло-желтом здании монастыря, укрепившегося на вершине невысокого холма, окруженного горными соснами и разлапистыми пихтами.

Высокое небо рассыпается стаей ворон, возвещающих миру какую-то важную новость. Хочется идти медленно, вслушиваться в каждый шаг, - бутон, распускающийся внутрь, стихия, взрывающаяся вглубь.

Шумная компания неуклюжих щенков пушистым комком вываливается из проема двери, завешенного расшитым покрывалом. Топорща хвосты, тявкая и покусывая друг друга, носятся вокруг меня какое-то время, но едва на пороге появляется черная сучка с лукавыми глазами и двумя рядами оттянутых темно-коричневых сосков, они забывают обо всем и набрасываются на нее, требуя внимания и еды. Нежность вспыхнула прямо в центре груди и тонкими струйками окутала всю эту звериную компанию, чутко откликаясь на каждое их движение.