Читаем Майами, 69 полностью

Да, деньги она нашла на месте. Пересчитав сотенные и пятидесятидолларовые купюры, Кара удостоверилась, что их сумма составляла ровно десять тысяч. Деньги для нее просто огромные, а ведь тот жгучий брюнет сказал ей, что это только начало их сотрудничества.

Вспомнив его слова, Кара подумала, что об их неожиданной встрече и передаче денег ей следует кому-то сообщить. А вот кому, решить было сложно. Естественно же, не мистеру Торку из службы иммиграции — Каре и сейчас было противно вспоминать их двухчасовой разговор в аэропорту. Более того, заяви она ему о полученном конверте, он, чего доброго, обвинил бы ее в провозе контрабанды и выдворил бы из страны.

Не хотелось открывать свою тайну и симпатичному малышке, мистеру Флетчеру: во-первых, управляющий такой огромной гостиницей, как “Отель Интернэшнл”, наверняка и без нее имел забот полон рот, а во-вторых, вовсе не его это дело.

Кара взглянула на свои часы. Они показывали пять минут четвертого. Джек Мэллоу, должно быть, уже давно спал. Если она позвонит ему и попросит приехать, он, скорее всего, выполнит ее просьбу, но какова будет компенсация за прерванный сон пилота, девушка себе отлично представляла. С другой стороны, о тех сорока восьми часах, проведенных с ним в маленьком турецком отеле на Босфоре, нельзя было сказать, что они оказались для нее такими уж неприятными. Какая досада! Получай этот красавец пилот жалованье чуть побольше, ну, скажем, на двести — триста долларов, в него вполне можно было бы влюбиться по-настоящему.

Кара надела очки и достала из карманчика жакета визитную карточку Мэллоу. В любом случае в эту минуту, кроме него, обратиться ей было не к кому — ведь после последнего долгого пребывания за границей она растеряла всех своих друзей и знакомых, и единственным, у кого девушка могла спросить совета, оказался именно он.

Сняв трубку, Кара продиктовала дежурной на коммутаторе телефон гостиницы, в которой остановился Джек. Телефон в номере Мэллоу звонил долго, и наконец на другом конце провода Каре ответил сонный голос:

— Мэллоу слушает.

— Это Кара, Джек, — сказала в трубку девушка. — Не слишком бестактно будет, если я попрошу тебя сейчас приехать ко мне? Кажется, мне грозят большие неприятности, потому что точно знаю: влипла в какое-то грязное дело.

У Джека Мэллоу сон как рукой сняло.

— Да-да, конечно. Я еду. Спасибо, моя рыжеволосая, за твой звонок. Да, а почему ты не позвонила, как только разместилась в гостинице?

— А я только что приехала из аэропорта, — ответила Кара. — Всего несколько минут назад.

— Но мы сели пять минут первого, — возразил пилот. — Хочешь сказать, что до отеля ты добиралась три часа?

— Примерно столько.

— Что с тобой произошло?

— Долго рассказывать, — ответила девушка. — Обо всем — когда приедешь ко мне. В гостинице справки обо мне не наводи — я остановилась в 623-м “А”. Это на шестом этаже.

— 623-й “А” на другом этаже находиться не может, — засмеялся Джек Мэллоу. — Хорошо, через десять минут я у тебя.

Кара положила трубку и, пройдя в спальню, открыла меньший из двух своих чемоданов. Она достала халат и кружевной гофрированный пеньюар, купленный в крохотном магазинчике на Виа-Венето. Держа эти вещицы в руках, Кара вошла в ванную комнату и улыбнулась своим мыслям — что подумают о девушке в администрации гостиницы, если она, едва переступив порог приготовленного для нее номера, тут же позвонила своему знакомому и пригласила его к себе. Приезд Джека Мэллоу мог плохо сказаться на ее репутации, поскольку в любой гостинице закоренелых моралистов всегда полным-полно. “Сомневаюсь, — думала Кара, — чтобы Эмили Пост или Эми Вандербильд хоть раз задержали в аэропорту, где бы сотрудник иммиграционной службы битый час показывал одной или другой фотографии мертвой кокотки, а потом каждая получила бы десять тысяч долларов от человека, которого никогда раньше в глаза не видела. И уж точно после всего этого их не доставляли бы прямиком в гостиницу и не селили в апартаменты, оплатить которые мог бы, пожалуй, только нефтяной магнат из Техаса или индийский магараджа”.

Кара сбросила с ног туфли и присела на унитаз, чтобы расстегнуть пояс и снять чулки. “Как хорошо быть богатой, такой богатой, чтобы можно было позволить себе постоянно жить в таких условиях, как эти”, — подумала девушка, не терявшая надежды удачно выйти замуж.