Читаем Магия соперниц полностью

Я уже полдюжины раз тайно проникала в кабинет, чтобы поискать в гримуарах слова, которые, если верить мастеру Бетрис, мне ещё рано заучивать. В этот раз тоже ничего страшного не произойдёт. И всё же, когда я накладывала заклинание «открыть», мой голос дрожал. Мне пришлось повторить два раза, прежде чем тяжёлая дубовая дверь наконец отворилась.

По углам помещения притаились жутковатые тени. К счастью, из-за всех остальных проблем я пока так и не выяснила, как отменить заклинание света, которое я использовала в пещере Эхо. Из-за этого незаметно выскользнуть из комнаты оказалось той ещё задачкой, но зато мне не нужно было тратить время и зажигать свечу: окружающего меня золотистого сияния было более чем достаточно. Я осторожно шагнула на старый ковёр.

Сейчас кабинет выглядел совсем иначе, чем днём. Шкафы нависали надо мной грозными великанами. Кусок какой-то коряги, стоящий на углу стола, отбрасывал на стену тень, напоминающую рогатое чудовище, которое, казалось, наблюдало за мной, из-за чего я чувствовала себя маленькой и очень-очень одинокой.

В груди заворочалась тревога. Но Бетрис сама сказала, что не может дать мне всех ответов. Уверена: когда я найду корону, она всё простит, признав, что я заслужила это своим умом и настойчивостью. И разумеется, она должна понимать, как это важно, чтобы корону унесли куда-нибудь в безопасное место, где до неё не доберутся кровожадные руки мятежников.

Я со страхом покосилась на полку с золотой клеткой, которую скрывала бархатная штора. Изнутри не доносилось ни звука. Хорошо бы скрытчик спал. Помня о предупреждении мастера Бетрис в мой последний визит сюда и потому держась правой стороны ковра, я крадучись сделала ещё два шага вглубь комнаты.

Как и раньше, на огромном письменном столе лежали свитки, книги и листы бумаги. Я быстро их просмотрела – шорох разворачиваемой бумаги в тишине кабинета казался оглушительным. Но ничто из этого даже близко не касалось короны. Я уже хотела продолжить поиски где-нибудь в другом месте, когда кое-что из написанного привлекло моё внимание.

Моё имя.

Я отшатнулась и торопливо отвела глаза. Я не должна это читать. Это были личные бумаги мастера Бетрис.

Но на них было моё имя. Разве я не заслуживаю знать, о чём там написано? Я и сама не заметила, как мои руки выдернули нужный лист из стопки других документов. Похоже, это был черновик письма, без адреса, только несколько строк резкого, угловатого почерка.

Это тяжёлое решение. Антония блистательно проявила себя в теории, и её стремление к знаниям и память достойны высочайшей похвалы, но даже при самом лучшем обучении ей никогда не подняться выше заурядного уровня. Тогда как Моппи – необученный гений с явно безграничным потенциалом. Никогда в жизни я не встречала никого столь одарённого от природы в нашем искусстве. Меня вводит в ступор уже одна мысль о том, чего она может достичь при усердной учёбе и усидчивости. Но тебе известно, что моё время ограничено, и я должна принять решение

Предложение обрывалось на середине. Но мне и не нужно было читать дальше. Я бы всё равно не смогла: от навернувшихся слёз всё расплылось, глаза защипало. Я вытерла лицо рукавом. Что ж, полагаю, это справедливое наказание за проникновение в кабинет без разрешения и чтение личных бумаг мастера Бетрис. Я сглотнула. Она писала, что ей необходимо принять решение. Но пока она его не приняла, надежда ещё оставалась.

– Нашла что-то интересное? – спросил голос у меня за плечом.

Я взвизгнула и отпрыгнула в сторону.

Я успела заметить улыбающуюся от уха до уха Моппи, прежде чем по самое горло погрузилась в мягкую пучину, разверзшуюся у меня под ногами, едва я шагнула на левую половину ковра. Сколько бы я ни барахталась и ни дёргалась, я даже руки не смогла высвободить. Липкий ковёр держал меня так же крепко, как бочка со смолой.

Пропади всё пропадом! Я же знала, что он заколдован! Мастер Бетрис сама мне это сказала. А я в панике сиганула прямиком в ловушку!

Моппи осторожно приблизилась и с удивлением спросила:

– Это так было задумано?

– Ну кто может задумать застрять в ковре, как в зыбучих песках?! – огрызнулась я и заставила себя дышать ровно и глубоко. Ничего, я смогу выбраться. В конце концов, я же волшебница. – Антония. Поднять.

Я приподнялась самое большее на ладонь.