Читаем Магия греха полностью

– «Рейбенс», – громко произнес он вслух. – Минимум пятьдесят фунтов стоят. Но она носит джинсы и самую обыкновенную футболку. – Он рассмотрел кроссовки.– «Топ-сайд ере». – Он узнал их потому, что сам купил точно такие же в Сан-Диего. Тогда он отдал за них шестьдесят долларов – это около сорока фунтов. Он перевел лупу на сумку, висевшую на плече незнакомки, и с удовлетворением покачал головой. Сразу было видно, что она соответствует самым высоким стандартам моды. На руке были часы. Только благодаря сильной лупе ему удалось разглядеть, что точно такие же часы он видел у Клео Мондайн. «Картье-Риволи». Циферблат по окружности украшен сапфирами, а ремешок из крокодиловой кожи. Шесть сотен за штуку. Фунтами. Да... Марк Стивенс откинулся в кресле. Итак... Этот дом скорее не бордель, а база. Мисс Джордан просто приходит, проверяет записи на автоответчике и заносит их в книгу свиданий. А те две ездят на встречи. Теперь неудивительно, что она не хотела раскрывать свои карты. Они, наверное, заработали уже целое состояние, и, естественно, им очень не хочется его потерять. Прекрасно. Просто великолепно! Дом спокойный, ничем не выделяется, практически никого из посторонних там не бывает. Соседи постоянно в разъездах. Никаких назойливых зевак с парковочных стоянок, которые могли бы наблюдать за уединенной жизнью трех женщин.

«Да, – подумал он. – Пришло время поговорить с ней еще раз». У него было такое чувство, что здесь что-то не так, что все то, что он видел и что ему докладывали об этих странных женщинах, где-то не сходится. Почему-то, думая о них трех, он мысленно обращался только к одной Клео Мондайн, а не к мисс Джордан или незнакомке. Может, обман? Слишком уж умная леди прячется под этой вуалью. Марк Стивенс четко понимал, что женщины затеяли какую-то игру, и это начинало его злить. Хуже всего, что они не просто играли в свою игру, а разыгрывали его, как наивного простака. Получается, что у них своего рода женская кооперация. Клуб феминисток. Но кем бы они ни были, на этот раз ей придется ответить на несколько вопросов, и для нее будет лучше, если она ответит на них честно.

К тому моменту, когда он подъезжал к маленькому уютному дому мисс Мондайн, первый приступ гнева уже прошел. Оскорбленной оставалась только его профессиональная гордость, потому что его водили за нос как последнего идиота. Он не имел ничего против мисс Джордан или третьей женщины, они не совершили никакого преступления. Если они и работают, используя этот маленький домик, то это еще не является противозаконным. В их действиях не будет ничего противозаконного до тех пор, пока они не будут использовать сам дом для свиданий. Но их делом можно заниматься где угодно. Что касается Клео, то она уже зашла слишком далеко. Она рискует своим собственным положением, до которого ему, честно говоря, не было никакого дела. Стивенс надеялся, что уж на этот раз он подловит ее.

Она, наверное, была в ванной, потому что ему пришлось позвонить дважды. После этого дверь наконец открылась, и перед ним предстала Клео в легком халате для купания. Вокруг головы у нее в виде тюрбана было намотано махровое полотенце.

– Ну и что на этот раз?! – холодно спросила она.

Его голубые глаза, казалось, готовы были испепелить ее на месте, но улыбка была самой приветливой.

– Всего лишь несколько дополнительных вопросов, – заверил он.

– Черт побери, и зачем я только ввязалась в это... – Она повернулась и, не оборачиваясь, пошла в комнату, предоставив ему возможность самому закрыть за собой дверь. Из холла они прошли на кухню. Она ждала его, скрестив руки на груди, в позе назидательной матери.

– Зачем вы следите за мной, суперинтендант? – с яростью в голосе проговорила она. – Зачем?

«Потому что это единственный способ встретиться с тобой, – признался он сам себе. – Если бы я пригласил тебя куда-нибудь, то ты бы наверняка отказалась, а в моем положении нельзя поступать наобум, я нахожусь на верху иерархической лестницы своей карьеры, и люди, которые поднимаются по ней вместе со мной к самой вершине, такие же жесткие и беспощадные, как и я».

– У меня есть еще кое-какие фотографии, которые я бы хотел показать вам. Там может оказаться некто из вашего прошлого.

– Сомневаюсь. То, что я узнала Тони Панаколиса, было чистой случайностью. Он не нравился мне тогда, не нравится и сейчас. Это очень редкий случай, чтобы люди из его мира имели какие-либо общие дела с такими женщинами, как я.

– Вы говорите все то же самое. Так мы не добьемся никаких результатов. Любая крупица информации, какой бы малой она вам ни казалась, может оказаться бесценно важной и поможет нам в проведении расследования по делу.