Читаем Магия полностью

Но в чем же разница между существованием в объективном и субъективном мирах? Мы не перестаем жить, пока спим, меняется лишь способ восприятия. Расхожее мнение гласит, что то, что мы воспринимаем в объективном мире – реально, а то, воспринимается нами в субъективном, – лишь порождение нашего воображения. Но, подумав немного, мы поймем, что любое восприятие – как в объективном мире, так и в субъективном – есть результат работы этого самого «воображения». Когда мы смотрим на дерево, не оно само оказывается в нашем глазу; нет, у нас в уме появляется его образ. Глядя на некую форму, мы воспринимаем тот след, который оставляет в нашем уме образ объекта, находящегося вне нашего тела; в случае субъективного образа или мысли, наших собственных или созданных влиянием другого существа, мы опять же воспринимаем след, который они оставили у нас в уме. И в том и в другом случае картина существует лишь в нашем мозгу, мы воспринимаем лишь воздействие, оказанное на наш разум, и единственная разница заключается в том, что в первом случае его вызывает нечто видимое, а во втором нечто недоступное физическому зрению; однако же впечатления, приходящие изнутри, могут быть столь же реальны, как те, что получены извне. Когда мы закрываем глаза, вторые исчезают, а первые предстают более отчетливо. Если глаза наши открыты, впечатления внешнего мира смешиваются с впечатлениями мира внутреннего или даже полностью вытесняют их, поскольку обладают большей силой.

На самом деле, объективность или субъективность того или иного явления зависят от состояния сознания воспринимающего, и то, что представляется ему полностью субъективным в одном состоянии, он может счесть объективным в другом. Высочайшие истины пребывают объективно для тех, кто может их осознать, а громоздкие материальные формы не существуют для тех, кто их не воспринимает.

Поэтому всё – в какой-то мере реальность, а в какой-то иллюзия, в зависимости от того, с какой стороны посмотреть. «Реальное» и «нереальное» – относительные понятия, и то, что может казаться реальным на одной ступени бытия, покажется нереальным на другой. Деньги, любовь, власть представляются очень реальными тем, кому они нужны; для тех же, кто в них не нуждается, они – просто иллюзии. То, что мы осознаем, реально для нас, однако для другого это же может быть нереально, и наше представление о реальности меняется, если изменяется наше сознание. Если мое воображение достаточно сильно, чтобы заставить меня поверить в присутствие ангела, этот ангел, мое собственное создание, будет здесь, живой и реальный, независимо от того, что другие, возможно, не увидят его и подвергнут его реальность сомнению. Если ваш разум может сотворить для вас рай в пустыне, этот рай будет существовать для вас объективно. Все сущее существует в Мировом Разуме, и если индивидуальный разум начинает сознавать свои взаимоотношения с некоей вещью, он начинает воспринимать ее. Ни один человек не способен правильно постичь вещь, которая не существует, он не может знать ее, не вступая с ней ни в какие отношения. Для восприятия необходимо наличие трех факторов: способности восприятия, воспринимающего и вещи, которая может быть объектом восприятия. Если они существуют на совершенно разных планах и не могут вступить ни в какие взаимоотношения, восприятие невозможно и они ничего не будут знать друг о друге. Если они есть одно, восприятие также невозможно, ибо, будучи слиты воедино, они перестают находиться в каких-либо отношениях друг к другу. Желая посмотреть на свое лицо, я не могу выйти из своего тела, а должен воспользоваться зеркалом, чтобы установить некие взаимоотношения между мной и объектом моего восприятия. Зеркало не способно к восприятию, и я не могу увидеть себя в зеркале, я могу увидеть себя только в собственном уме. Отражение в зеркале создает образ, который является объективным для моего индивидуального разума и доступен моему субъективному восприятию. С точки зрения индивидуального восприятия «я», образ, возникающий в моем уме, и зеркало существуют отдельно, но с точки зрения Абсолюта «я», образ и зеркало есть Одно , между нами нет никакой разницы, и то, что я, как я убежден, вижу, – не более чем иллюзия.