Читаем Магический Индекс (ЛП) полностью

Это звучало так, словно она обсуждала, что делать с огромным собранием накопленного ядерного оружия.

Это и в самом деле было примерно то же самое. Скорее всего, именно те люди, которые написали гримуары, такого не ожидали.

- Тц!!! Но разве магию не могут творить все обычные люди, за исключением нас, эсперов? Тогда разве она не распространилось бы мгновенно по всему миру?

Камидзё вспомнил огонь Стейла. Что, если бы кто угодно мог использовать такого рода силу? Обычное знание мира, основания которого опирались на науку, рассыпались бы.

- Тебе... не нужно об этом волноваться. Магические кружки не позволяют бездумно распространять гримуары среди публики.

- ? - Почему нет? Разве для них не лучше иметь больше товарищей, сражающихся на их стороне?

- Именно поэтому. Если бы каждый, у кого есть оружие, был бы другом, войны бы не было.

- ...

Одно то, что двое людей знали магию, не означало, что они на одной стороне. Они не хотели бездумно создавать враждебных магов именно потому, что знали силу своей козырной карты,.

Гримуары рассматривались как планы нового оружия.

- Хмм. - Думаю, я понял это, - Камидзё, казалось, глубоко задумался. - Значит, в сущности, они хотят заполучить в свои руки бомбу, которая у тебя в голове?

Она была библиотекой с идеальными копиями 103 000 оригинальных гримуаров в памяти. Заполучить её означало заполучить магию всего мира.

- ... Верно, - по ее голосу казалось, что она вот-вот умрет. - Со 103 000 гримуаров ты мог бы переделать всё в мире под свои желания, без исключения. Это то, что мы называем Магическим Богом.

Не бог демонического мира, но некто, досконально овладевший магией до такой степени, что вступил на территорию Бога.

Магический Бог.

"... К черту всё это."

Камидзё стиснул зубы, не замечая этого. По поведению Индекс он понимал, что помещение 103 000 гримуаров в ее память не было ее выбором. Камидзё вспомнил огонь Стейла. Она жила таким образом по единственной причине - чтобы предотвратить столько жертв, сколько удастся.

Камидзё не мог терпеть то, как маги использовали эти чувства для своей выгоды и не мог терпеть того, как церковь относилась к ней как к оскверненной. Все они относились к человеку как к вещи, и должно быть, Индекс видела только людей, относившихся к ней так. Камидзё никак не мог смириться с тем, что она всё равно ставила интересы других людей выше своих собственных.

- ... Прости.

Камидзё понятия не имел, что его так рассердило. Но одно это слово избавило его от злости.

Он легонько погладил Индекс по голове.

- ... О, ну ладно. Почему ты не сказала мне о таких важных вещах?

Индекс застыла на месте, в то время как Камидзё пристально смотрел на слегшую в постель девочку, оскалив клыки. Её глаза широко открылись, словно она сделала что-то ужасно плохое и ее губы отчаянно дрожали, словно она хотела что-то сказать.

- Но я не думала, что ты мне поверишь, и не хотела тебя пугать. И... э...

Индекс, похоже, готова была расплакаться, и её голос звучал всё тише и тише. Под конец, Камидзё едва мог расслышать её.

И всё же он услышал, как она сказала: - Я не хотела, чтобы ты меня ненавидел.

- Нет, чёрт это побери!!! - он буквально услышал щелчок. - Не смотри на людей свысока и не подходи к ним с собственной оценкой! Церковные тайны? 103 000 гримуаров? Да, эта хрень удивительна и невероятна. И да, это всё кажется настолько абсурдным, что я всё еще не верю в это по-настоящему. Но... , - Камидзё сделал небольшую паузу. - Это всё?

Глаза Индекс широко раскрылись. Её маленькие губы отчаянно дрожали, словно она хотела что-то сказать, но слов не было.

- Не смотри на меня так. Неужели ты в самом деле думала, что я назову тебя жуткой или отвратительной только потому, что ты запомнила 103 000 гримуаров? Ты думала, что я брошу тебя и сбегу как только появятся маги? ... Хрен с этим. Если бы это было всё, на что я способен, то я бы вообще не пустил тебя к себе!

Говоря это, Камидзё наконец понял, чем он был так расстроен.

Камидзё просто хотел быть чем-то полезным Индекс. Он больше не хотел видеть, как Индекс страдает. И это было всё. И всё равно она отказывалась от защиты Камидзё, хотя сама подвергала себя опасности, защищая его. Камидзё хотел хоть раз услышать, как она попросит его о помощи.

Это разочаровывало его. Сильно, очень сильно разочаровывало.

- ... Доверься мне хоть немного. - Не подходи к людям с собственной оценкой!

Вот и всё. Даже если бы у него не было этой правой руки и он был бы обычным человеком, у Камидзё не было бы причин отступаться.

Для этого не могло быть причин.

Индекс некоторое время просто изумленно глядела в лицо Камидзё. А затем ей на глаза навернулись слёзы.

Словно её глаза были сделаны изо льда и начали таять.

Индекс сжала губы, чтобы подавить рыдания, но губы задрожали, и она больше не смогла сдерживаться. Она подтянула футон ко рту и закусила его. Если бы не одеяло, то крупные, становившиеся всё большими слезы делали бы ее похожей на разрыдавшуюся дошкольницу.

По всей вероятности, слезы были ответом не только на сказанные Камидзё слова.