— Зажми это зубами, — скомкал край подушки и поднёс ко рту больной девушки. — Будет больно.

— Что ты задумал?

— Просто сделай то, что я сказал. И да, как тебя зовут?

— Тея.

— Что ж, Тея, прикуси подушку и закрой глаза.

— Мне страшно… — смотря на почерневший нож, шептала девушка.

— Всё будет хорошо. Я уже тысячу раз делал подобное, не переживай, — холодным лицом попытался продемонстрировать уверенность.

Тея, наконец–то подчинилась.

Напряжённые руки, частое дыхание, подскочивший пульс, который был виден по вздымающимся на шее артериям, — она сильно волнуется.

Как и я.

Отступать уже слишком поздно, нужно действовать.

Руки у меня не тряслись, ведь страха не было. Осталось лишь эмоциональное напряжение, от которого не получилось отделаться.

— Пора, — выдохнул я.

Поднял к груди девушки засаленную майку, дабы освободить живот, и стал ощупывать.

Тея вздрогнула, а затем напрягла пресс.

— Постарайся расслабиться, ведь иначе будет больнее.

Я вдруг сообразил, что, скорее всего, девушку придётся держать. Но решил сделать ставку на то, что она слишком обессилила и не сможет помешать процессу.

Можно было позвать близняшек, но я не хотел рисковать их здоровьем. Как физическим, так и психологическим.

Нащупал печень и стал поливать это место спиртом. Затем полил лезвие ножа и вымыл руки.

Теперь самое сложное…

Хорошо, что нож достаточно острый, ведь мне нужен всего один быстрый надрез. Жировой ткани у девушки практически не было, а значит, глубоко «копать» не придётся.

Я в последний раз всё обдумал, потом выбросил из головы лишние мысли и вонзил лезвие в брюхо женщины.

Она застонала от боли и стала дёргаться из стороны в сторону. Пока я одной рукой прижимал Тею к кровати, второй отложил нож и достал флакон с зельем здоровья.

Рана хоть и получилась глубокой, залить жидкость внутрь пока что не получится.

Девушка выплюнула подушку и стала орать.

Мне пришлось надавить коленом ей на грудь, а пальцами двух рук растянуть порез.

Её неистовый крик был оглушительным. Тея колотила меня рукам, дёргала ногами — всячески пыталась освободиться.

Я держал рану одной рукой, а второй пытался вылить зелья в образовавшееся кровавое отверстие.

— Да потерпи ты немного! — выпалил я и надавил коленом с такой силой, что девушка начала задыхаться.

Сопротивление Теи наконец ослабло и мне удалось залить большую часть флакона в открытую рану.

Я отошёл назад и облегчённо вздохнул. Девушка до сих пор орала от боли.

Только сейчас заметил, что Энни держала Брая, который пытался прорваться в комнату. Видимо, из–за криков Теи я не услышал, что происходило в гостиной.

— Надеюсь, это поможет… — неуверенно прошептал я.

Наверняка любой медик заплевал бы меня за такую процедуру. Наверняка он смог бы придумать более гуманный, более безопасный способ. Но я сделал то, что смог.

К счастью, рана быстро затянулась, а от криков Теи остались лишь тихие стоны.

— Мама! — Брай забежал в спальню. — Что ты с ней сделал?!

— Всё хорошо, мой маленький, — измученным голосом заговорила Тея. — Всё хорошо.

Желтизна с белков глаз девушки начала постепенно спадать. Хотя, вполне возможно, я видел то, что хотел видеть.

Но как бы ни было, Тея выглядела посвежевшей и просто уставшей, а не смертельно больной.

В комнату зашла Юми, её сестра осталась в гостиной.

— Вроде бы сработало, — предположил я.

— Нужно подождать немного и понаблюдать, — сказала Юми.

— Так мы и сделаем.

Неожиданно раздался звон стекла. В комнату влетел шар с дырками, похожий на апельсин.

Буквально через секунду из него повалил плотный дым.

— Да вы издеваетесь?! — прорычал я.

У разбитого окна стояли трое мужчин в чёрных одеждах. По их глазам я понял, что это не просто бандиты из борделя. Всё намного серьёзнее…

Глава 10. Кто–то должен умереть

Трое азиатов в масках скрылись по разные стороны от разбитого окна.

Я подобрал дымовую гранату и выкинул её на улицу. Наверняка она предназначалась не нам, ведь за всё время пребывания в городе я не встретил ни одного человека с узким разрезом глаз.

Что им нужно, блядь?

— Уведите их в гостиную! — приказал я близняшкам и схватился за посох.

Девушки подбежали к кровати и потащили Тею в соседнюю комнату.

Выходить на улицу нельзя, ведь китайцев может быть больше. Придётся сражаться внутри дома.

Я услышал, как с правой стороны от окна раздалось шипение, похожее на горение фитиля. Хитрый азиат планировал зашвырнуть ещё одну грану, возможно, и не дымовую.

— Не позволю! — я направил посох на стену в метре от оконной рамы.

Луч столкнулся с деревянной облицовкой, шар пустоты стал поглощать часть дома.

Жаль, что я не умею им управлять, но это было и не нужно. Пустота быстро пробила выход на улицу и зацепила китайца с гранатой.

Я увидел, как он лишился грудной клетки и части брюшины. Подожжённый «апельсин» красного цвета выпал из его рук и взорвался.

Хорошо, что значительная часть взрывной волны распространилась по переулку. Меня лишь слегка оглушило.

А вот другому азиату досталось намного сильнее: улицу заполнили крики и вопли.