Читаем Маг без маны полностью

У Энни были достаточно серьёзные раны, в основном от хлыста. Этот урод бил их…

Что, блядь, происходит в этом мире? Насколько дикое средневековье меня окружает?

— Нужно уходить, — заявила Юми. — Скорее, они станут нас искать!

— Вы знаете место, где можно укрыться? — спросил я.

— Таверна «Хромая Кобыла» в десяти кварталах вдоль стены на запад, — ответила еле живая Энни.

— Значит, идём туда! — скомандовал я. Мы прошли мимо трупа, когда я вдруг вспомнил, что забыл одну вещь… — Я сейчас.

Подбежал к бугаю и дотронулся до его кисти. Столь желанное чувство вновь напитало мою душу — она трепетала и готовилась взлететь…

Труп стал мумией, а я вернулся к ошарашенным девушкам.

— Кто ты?.. — прошептала Юми.

— Как ты и сказала: «У нас нет на это времени». Уходим!

Мы быстрым шагом направились в таверну. Воцарилась тишина.

Девушки молчали, потому что боялись, а я не знал о чём с ними поговорить.

Конечно, хотелось расспросить о мироустройстве, законах, а также о ситуации, из–за которой они стали работницами борделя. Однако я боялся показаться чудиком, свалившимся с луны. Нужно действовать аккуратно.

— А что ему от вас было нужно? — поинтересовался я.

— Мы пытались сбежать, — начала Энни, — но он поймал Юми и стал бить её. Я заступилась и оказалась на улице…

— На улице?

— Хозяйка не любит, когда посетители слышат крики, — пояснила Юми. — Если тебя вывели на улицу, значит, будут наказывать.

— Вот ведь уроды! Да как они смеют так с вами обращаться?

Девушки наградили меня удивлёнными взглядами. Похоже, я сказал какую–то глупость… Но мне казалось это диким, что здоровый мужик может безнаказанно избивать беззащитную девушку.

Нет, он не мужик, а мразь! Бить того, кто не может дать сдачи, — один из самых гнусных поступков. Нисколько не жалею, что завалил его.

— В Империи мы невольники, — пояснила Энни.

Похоже, не получится расспросить девушек об их мире, не рассказал о своём происхождении. Поэтому я решил сделать «ход конём»:

— Скажу откровенно, я потерял память.

Да, соврал самым простым и при этом банальным образом.

— Совсем ничего не помнишь? Даже имя? — в голосе Юми слышалось сочувствуе, будто мы сидели в одной лодке, что шла ко дну.

Неужели она так быстро прониклась ко мне? Не, бред какой–то. Возможно, решила проявить вежливость, ведь всё–таки я их спас.

— Лео меня зовут. Помню кусками… Но такое ощущение, что свалился с неба! Сильно удивился, когда увидел вас, — сказал я и показал на их уши.

Девушки нахмурились и вопросительно посмотрели на меня.

Возникла неловкая пауза.

— Что ты имеешь в виду? — сквозь боль, наконец–то, спросила Энни.

— Простите, но я не знаю, как называется ваша раса.

— Какая ещё раса? — ошарашила меня Юми. — Мы — люди.

— А как же ушки?

— Мы называем себя людьми, — твёрдо заявила Энни, — но такие, как ты, обозвали нас зверолюдьми.

— То есть, существуют и другие… вариации?

— Да, — синхронно ответили девушки.

— Ясно… — Я задумался и немного помолчал. — Слушайте, я понимаю, что вам не нравится то слово, но можно называть вас кошкодевочки? И какие вообще правила?

— Мы не вправе указывать вам, как нас называть. Мы покорённый народ. Но так было не всегда, — начала рассказал Юми. — Бабушка мне рассказывала, что раньше нашим странам удавалось находить общий язык, хоть и происходили периодические стычки. Но двадцать семь лет назад началась Великая Война…

— Мы проиграли, — перебила сестру Энни. — Мужчин использует на рудниках, девушек в борделях — и это далеко не всё, что придумал ваш народ. Многих просто убили. Ни за что…

Я заметил, как Юми скуксилась и отвернулась, а Энни шла с гордо поднятой головой и плакала — редкая слеза стекала по её щеке.

Мне многое стало понятно. По всей видимости, мой поступок — это нечто из ряда вон выходящее.

— А что вы планировали делать после побега?

— Вернуться домой, — ответила Юми.

— Отправиться на острова, — парировала Энни.

— То есть цели у вас разные?

— Юми, нашего дома больше нет. Пожалуйста, смирись с их смертью… Чем раньше ты это сделаешь, тем быстрее мы сможешь начать новую жизнь.

— Вот тут я вас понимаю. — Обе девушки с нескрываемой злобой впились в меня глазами. — Мой отец зарезал маму, а затем умер в тюрьме. Я тоже потерял всех, кто был мне дорог. Это я помню… — тут же поправился. — А из–за потери памяти… мне так же, как и вам придётся начать новую жизнь.

Девушки поменялись в лице: сменили гнев на милость. Вероятно, моя недолгая речь впечатлила их и заставила поверить мне. Фактически я сказал правду. А когда ты искренен, тебе верят.

Мы тащили Энни уже пятый квартал к ряду и постоянно меняли направление, чтобы погоня не настигла нас. Я смотрел, как бедная девушка мучается, но ничего не мог поделать…

— Стоп! — воскликнул я. — У меня же есть вот это…

Под вопросительные взгляды кошкодевочек я стал рыться в своей сумке.

Это же надо было забыть, что у меня с собой есть зелье лечения… Дурак!

— Выпей, должно помочь, — сказал я и поднёс маленький флакон к губам Энни.

Поначалу она удивилась, но затем открыла рот. Красная, точно кровь, жидкость ударилась о язык и утекла внутрь.