Читаем Мафиози и его одержимость (ЛП) полностью

Мечты, которые у меня были,—всё пропало.

Расхаживая по комнате, я пыталась дышать. Минуты, вероятно, превращались в часы. Наконец я услышала, как открылась моя дверь.

Я даже не обернулась. Вместо этого я повернулась лицом к кровати, все еще глядя на белую коробку и папку.

-Валери... - начала мама.

Я слышала, как она плачет. Я слышала, как отец тоже шмыгает носом, словно пытаясь сдержать слезы.

Закрыв лицо ладонями, я глубоко вздохнула. Мои слезы высохли, и я постаралась смахнуть остатки влаги.

Я обернулась и увидела своих родителей, стоящих перед дверью. Они выглядели полностью разрушенными. Теперь я вспомнила. У них было точно такое же выражение лица три года назад, когда этот человек посетил нас.

Но им дали больше времени.

А теперь—у нас вышло время.

-Валери...твоя сестра... - закричала мама. - Ты дол...должна спаси свою сестру. Он причинит...боль…

Отец открыл рот, чтобы что—то сказать-может быть, объяснить свое положение, свои ошибки. Но я покачала головой.

-Она...такая...молодая…, - мать продолжала рыдать, оплакивая сестру.

Мои губы дрожали, а нос покалывало от усилия не заплакать. Мой желудок снова скрутило, а пальцы сжались в кулаки.

Вместо ответа я подошла к шкафу и достала серую блестящую коробку. Внутри я обнаружила пару балеток, которые носила во время своего последнего выступления. Того самого спектакля, когда Королевский Оперный Театр решил сделать меня своей главной героиней.

Мои любимые балетки. Мой счастливый талисман.

Мой голос прозвучал как шепот, когда я наконец заговорила. -Я слышала...как вы разговаривали.

Наступила тишина. Слеза скатилась по моей щеке, и я позволила ей скатиться вниз по шее, оставляя мокрый одинокий след.

- Можно мне взять эту коробку с собой? Это все, чего я хочу.

-Вэл, - начал отец, но я оборвала его.

- Он разрешит мне взять эту коробку?

-Я думаю…

Снова закрыв коробку, я прижала ее к груди, словно она могла защитить меня. Я обернулась и увидела, что отец обнимает маму, которая выглядела бледной и почти больной от слез.

Я увидела стыд в глазах отца, прежде чем он опустил глаза. - Мне очень жаль, - прошептал он. - Мне чертовски жаль, Валери. Это моя вина...это все моя вина……моя милая девочка…

У меня перехватило дыхание, я едва не задохнулась. Я открыла рот, чтобы что—то сказать—что угодно, - но не смогла произнести ни слова.

- Все в порядке.

Мой разум кричал. Обманщица! Всё не в порядке!

Я прошла мимо родителей и вышла из спальни, все еще держа коробку, как будто это была моя спасительная благодать.