Читаем Мафия в США полностью

Великий комбинатор явно лукавил. Доходы с Кубы и из других государств Карибского региона продолжали поступать на протяжении всей войны.

Д. Стечер вспоминал, находясь в Израиле, что Лучано, главный компаньон Лански, продолжал исправно получать свою долю и после того, как попал в 1936 г. в тюрьму. Стечер рассказывал, что они с Лански посетили Лучано в тюрьме.

Лански проинформировал Лучано, как функционирует империя азартных игр на Кубе. Два великих мафиози договорились, что доля Лучано будет регулярно переводиться в Швейцарию, за исключением того, что надо оставлять в США для его семьи.

Мейер рассказал Лучано и о личной сделке, которую он заключил с Батистой, взявшим на себя обязательство поставлять сахар для заводов Лански, на которых выпускалась патока, использовавшаяся для подпольного производства алкогольных напитков.

Лански был первым среди деятелей легального и нелегального бизнеса, который понял, какие огромные возможности для организации гемблинга представляет штат Невада. В этом штате с тяжелыми климатическими условиями трудно было рассчитывать на успешное развитие экономики. Почему бы не предложить такому штату столь доходное дело, как гемблинг?

Но сначала надо было получить на это согласие своих коллег-мафиози. И вновь Лански столкнулся с полным непониманием: мафиози никак не могли понять, зачем надо забираться в центр безжизненной пустыни, если деньги можно делать и в освоенных районах страны. Лански пришлось долго и настойчиво убеждать их, прежде чем его идея все же получила поддержку. «Мейер настаивал на своем и в конце концов все поняли, что пустыня открывала для них беспредельные возможности».

Во время войны это блестяще подтвердилось, и Лански с гордостью говорил после войны: «Лас-Вегас сегодня невероятное место, где крупные корпорации делают миллионы. Мы стояли у истоков этого дела, были пионерами».

Надо отдать должное гангстерам. Они проявили незаурядное мужество, совершая на автомашинах многочисленные рейды в Лас-Вегас (авиационного сообщения с этим городом тогда еще не было). И сегодня путь на машине через раскаленную пустыню — довольно сложное и опасное дело. Летом 1972 г. я добирался до Лас-Вегаса на автомашине. При въезде на территорию штата дежурный полицейский, с недоверием посмотрев на наш видавший виды «Мерседес», предупредил, что в случае поломки автомашины мы серьезно рискуем: в раскаленной пустыне по трассе идет очень немного машин и получить помощь нелегко.

В то время, когда Лански и К° начали «освоение» Невады, путешествие через пустыню на автомашинах с учетом плохих дорог было чрезвычайно сложно и рискованно. Машины приходилось до предела загружать дополнительными канистрами с бензином, маслом и водой, учитывая, что в случае какого-либо происшествия вокруг на сотни километров не было ни души.

И рассчитывать можно было только на самого себя.

Сподвижники Лански привыкли верить «финансовому гению». Но на этот раз им казались фантазерством и шарлатанством заявления Мейера, когда он говорил: «Я хочу построить самое большое и шикарное казино-отель в мире и приглашать сюда людей со всей Америки, может быть, со всего мира, тратить здесь свои деньги».

Дружба Лански с Батистой все более крепла. Их отношения вышли за сферу бизнеса, и Лански стал давать своему кубинскому партнеру по бизнесу советы по ряду политических вопросов, вплоть до того, как он должен строить свою политику в отношении компартии Кубы. Разумеется, советы по этому вопросу Лански давал со своих крайне консервативных, актикоммунистических позиций. После начала войны дела Лански на Кубе пошли значительно хуже, так как мало кто из американцев имел теперь возможность летать сюда. В 1944 г. на Кубе состоялись выборы, в которых Лански принял участие, выходившее за рамки его бизнеса на острове. Дело в том, что в Вашингтоне посчитали, что Батиста на Кубе зашел слишком далеко в своей политике. Лански рассказывал, что президент Ф. Рузвельт беседовал с руководителями разведки США и посоветовал им переговорить с Лански, чтобы последний убедил Батисту воздержаться от дальнейшего сползания влево (по мнению Вашингтона).

Это уже была игра на высшем уровне. К Лански обращались с просьбой оказать содействие правительственным инстанциям в решении внешнеполитических вопросов. В этом было что-то от официального признания, что не могло не импонировать «финансовому гению». Но, очевидно, для Лански были более важны контакты с Батистой, которые давали многомиллионные прибыли, чем с разведкой США. Во всяком случае, как Лански вспоминал на склоне лет, встретившись с Батистой, он откровенно рассказал ему, что правительство США опасается поворота в политике Батисты влево. Суть разговора с Батистой свелась к тому, что необходимо укреплять их взаимные узы дружбы, что близится конец войны, надо возродить Гавану как главный центр гемблинга, от которого Батиста будет иметь свою долю.