Так он стал движущей силой огромной организации «по промыванию мозгов», сфера влияния которой простиралась на три четверти земного шара и которая с помощью восемнадцати радиовещательных станций круглосуточно распространяла гнуснейшую нацистскую ложь. В те времена неутомимый Кизингер столь же активно занимался и «ариизацией» некоторых независимых радиостанций, вещавших по-французски, таких, как «Радио Андорра», «Радио Монте-Карло» и «Радио-Ситэ». Деятельность Кизингера была настолько эффективной, что в 1948 году Гелен основал в Пуллахе полуофициальную службу радиовещания на страны Востока, скопированную с системы, разработанной Кизингером. Нет ничего удивительного в том, что Гелен выбрал в качестве офицера связи с тремя радиостанциями, установленными на территории ФРГ и финансируемыми ЦРУ, бывшего эсэсовца Петера Фишера, который станет первым экспертом по радиопропаганде в Пуллахе. Отношения канцлера Кизингера и генерала Гелена могли служить образцом теснейшего сотрудничества.

С приходом Кизингера на пост федерального канцлера для военных преступников и ветеранов эсэсовской мафии действительно наступил «золотой век». Дух «товарищей по оружию», старых сообщников в черных мундирах со свастикой, господствовал во всех государственных учреждениях, он проник и в юридические службы ФРГ. Однако широкой публике было мало известно о прошлом этого высокого фатоватого субъекта с седой шевелюрой до того момента, когда никому не известная молодая немка по имени Беата Кларсфельд отвесила ему звонкую пощечину, которая взбудоражила ночных редакторов всех крупнейших европейских газет. Эхо этой пощечины разнеслось по всей Германии и далеко за ее пределами. Юная Беата многим открыла глаза… На следующий год 100 тысяч молодых немцев будут помнить об этом мужественном поступке, когда явятся на избирательные участки. Нет, новая Германия вовсе не была так пассивна, как о ней говорили…

Прошли годы, и неонацисты снова подняли головы. И вновь раздался голос, который нарушил заговор молчания в Западной Германии. То был голос бывшего канцлера ФРГ Вилли Брандта, председателя социал-демократической партии. «Наши ультраправые, — заявил В. Брандт, — открыто носят нацистские регалии и нагло превозносят расовые теории». Вилли Брандт призвал к порядку в том числе и тех, кто хвастливо объявлял себя оплотом западногерманской демократии. Он обращался и к деятелям собственной партии, среди которых были и те, кто мало чем отличался от ХДС.

Его предостережение получило официальный отклик. Совсем недавно, по случаю 1 Мая, Вернер Майхофер, министр внутренних дел ФРГ, открыто признал усиление неонацизма в ФРГ и подтвердил, что его угроза столь же велика, как и опасность, исходящая от ультралевых террористов. Насилие, к которому они прибегают, и растущее число их публикаций настоятельно требуют того, чтобы их действия находились под постоянным контролем.

Это показало, что в Федеративной Республике Германии есть силы, способные задуматься над своим прошлым, чтобы сберечь свое будущее.

Глава VII

«Неприкасаемые» преступники

В любой мафии существуют кланы. Скольким «крестным отцам» преступных синдикатов удалось избежать кары правосудия! Сколько жизней принесено ради этого в жертву, во имя этих кланов! Охраняемая влиятельными силами каста главарей мафиози беспрепятственно вершит свои кровавые дела.

Посмотрев однажды замечательный телефильм моего друга Армана Жаммо «Досье экрана», я решил записать вопросы телезрителей. Речь шла о самой выдающейся фигуре французского Сопротивления. Во время оживленного обсуждения много было сказано о потрясающей стойкости Жана Мулена в его борьбе против фашизма. Однако если выступления некоторых участников дискуссии были, что называется, на высоте, то вопросы многих французов, собравшихся перед телеэкранами, мне показались совершенно оторванными от жизни и аполитичными. Выдающийся герой пал жертвой мафии с эмблемой «Мертвой головы», а обыватели осведомлялись о его личных пристрастиях.

Никто, буквально никто не задал такой вопрос: а что делается для того, чтобы покарать его убийцу? Чтобы взять за шиворот изворотливого гауптштурмфюрера СС, который с семьей безмятежно живет в роскошном квартале Ла-Паса с боливийским паспортом в кармане? Неужели французская общественность уже забыла усилия Беаты Кларсфельд, направленные на то, чтобы заставить правительство Боливии выдать этого палача и выгнать его из страны, названной в честь великого освободителя Боливара? Президент Помпиду лично занимался делом Барбье, досье которого он держал у себя на столе.