Читаем Мафия СС полностью

«Вервольфы» — весной и летом прошлого года это слово волновало генеральные штабы союзников. Организация саботажников и диверсантов, созданная фюрером накануне гибели, должна была действовать в руинах больших городов, по окраинам лесов, вдоль крупных дорог. Время от времени находили трупы то американского солдата, то англичанина, то француза, убитых холодным оружием.

Одичавшие головорезы совершали различные диверсии и террористические акты. 25 апреля 1945 года во Фленсбурге гросс-адмирал Дёниц выступил с таким призывом: «Продолжим войну с Советами, будем сражаться на восточных границах». То была иллюзорная надежда на то, что гитлеровцы в конце концов смогут сформировать «капитуляционное правительство», которое будет признано Лондоном и Вашингтоном.

Действия фашистских диверсантов усилились летом 1946 года на границе по Одеру — Нейсе. Они пытались разжечь конфликт между различными нациями, натравить немцев на славян, перессорить самих славян, всячески провоцируя раздоры между ними. Новому «Вервольфу» нужны были главари. С этой целью, как я выяснил, был найден обергруппенфюрер СС Пруцман. Им нужна была моральная и материальная поддержка — и они ее обрели… в американской оккупационной зоне.

По отдельным деталям осенью 1945 года я восстановил досье «Белой армии освобождения», призванной создать видимость «революционной борьбы» между советскими и союзными оккупационными войсками. Померания, Силезия, Прибалтийские страны и вся Польша — такова была огромная территория, где «Белая армия» намеревалась развернуть свои операции. От Одера до Вислы и от Днепра до Немана возникали бандитские группки. Сами их названия были пропитаны духом реванша: «Дракон», «Вепрь», «Бизон». Мрачные символы германской мифологии.

Вливаясь в ряды «Белой армии», банды украинских националистов захватили некоторые укрепленные пункты в Карпатах. Настроенные злобно антисоветски и антипольски, они вошли в союз с войсками СС и вместе с ними распевали гимн НСДАП.

Эти диверсанты, заросшие рыжей щетиной, одетые в зеленоватую форму и в каски немецких пехотинцев, спали в вырытых немцами при отступлении траншеях, закутавшись в кожухи и полушубки из овчины, украденные у польских крестьян, или в грязные шинели вермахта. Они наводили страх на крестьян, зверски убивали уполномоченных нового варшавского правительства, пускали под откос советские эшелоны и грабили кооперативные склады. Рассредоточиваясь группами в 100—200 человек на обширных пространствах, они некоторое время оставались неуловимыми. Было совершенно очевидно, что «вервольфы» подчинялись четким директивам, имели постоянную связь с подвижными командными пунктами, а их действия координировались по радио.

В их распоряжении были передатчики новейшего образца, изготовленные в Детройте, США.

Сначала я не хотел принимать все это всерьез. Однако в Мюнхене полковник американского генерального штаба, крепко подвыпив, выболтал мне секрет.

— Журналист, который, подобно вам, идет в гору, — сказал он, — должен воздерживаться от некоторых сюжетов, затрагивающих высшие государственные интересы. Мы накануне войны между бывшими союзниками! Ваши собратья приняли навязанный им обет молчания. Мне ничего не стоит признаться вам, хотя я в любой момент могу это опровергнуть с помощью пресс-конференции, что именно мы содержим эту «Белую армию», которая дорого обходится наивным американским налогоплательщикам… Руководство ею осуществляется из буржуазного особняка в Пуллахе, в Баварии. Мы периодически снабжаем ее оружием — успокойтесь, германского производства, взятого в качестве трофеев, — а также луидорами, советскими рублями. Что касается радиопередатчиков, мы вынуждены использовать наши собственные, лучшие в мире.

— Как зовут вашего «человека на все руки» из Пуллаха?

— Он был лучшим специалистом в гитлеровской секретной службе по странам Востока: сам генерал Гелен. У нас была возможность установить с ним тесное сотрудничество, равно как с его помощниками, полковниками СС Бауном, Пруцманом и др. Они были «утверждены» личным советником президента Трумэна по стратегическим вопросам.

Мой собеседник, на груди которого красовалось несколько наград, сказал в заключение:

— Но знаете, вы никогда не встретите этих хищных серо-зеленых птиц в нашем лагере Оберурзель близ Франкфурта. У себя в «G-2» мы предпочитаем находиться среди настоящих боевых товарищей, особенно когда сидим за одним столом.

Позже, будучи в Соединенных Штатах, я узнал другие подробности относительно Гелена, который станет знаменитым «серым генералом», шефом шпионажа в Западной Германии, и его сообщников: полковника Оскара Рейле, бывшего руководителя абвера в Париже, оберштурмфюрера Франца Геринга, жестокого человека из РСХА. К ним можно добавить также генерала СС Франца Зикса, бывшего шефа VII отдела РСХА, содержавшегося в тюрьме союзников, где он отбывал свой срок наказания скорее теоретически[31].