Читаем Мафия СС полностью

Смущенное таким поворотом дела кубинское правительство заявило о непричастности к нему своих служб: кубинская виза, полученная Лучиано, есть чистая «липа». По прибытии в Гавану Счастливчик Лучиано, на этот раз оказавшийся неудачником, был окружен дюжими полицейскими, которые надели на него наручники, а потом вместе с арестованным позировали перед фоторепортерами. Какая комедия! Дело в том, что чемпион рэкета легко ускользнул от полиции после отъезда специальных корреспондентов американской прессы.

Через день, 25 мая 1948 года, в Гаване состоялась встреча, которая не освещалась прессой.

Следующей весной я попытался воспроизвести то, что происходило на тайной встрече в «Каса марина». Без особых трудностей я проник туда. Комфортабельные залы с огромными зеркалами и диванами, обитыми фиолетовым шелком. На стенах фрески с фривольными сюжетами. «Каса марина» была… борделем.

В тот день молодые девицы, жившие в здании старого монастыря, неожиданно для них самих получили распоряжение прогуляться по берегу моря. Затем содержательница «Каса марина» мадам Огюстин, пышная уроженка Оверни, предоставила в распоряжение своих «пансионерок» два огромных «линкольна», на которых те отправились в собор, где шла служба.

Именно 25 мая в большом зале «Каса марина» девушек сменила группа весьма уверенных в себе мужчин. Делегация американских мошенников прибыла регулярным рейсом из Майами, а разного рода беглецы «третьего рейха» приплыли из Буэнос-Айреса и Асунсьона через Каракас и Сан-Доминго. Они пользовались покровительством диктатора Трухильо.

Командой, прибывшей из Майами, руководил человек с легендарным именем: Ральф Капоне, родной брат Скарфаса. Большие кланы были представлены Франком Костелло, Альбертом Анастазиа, Санто Траффиканте-младшим и другими менее известными «капо». На сборище в «Каса марина» прибыли также сводники, укрыватели, ростовщики и мошенники более низкого пошиба, которые могли быть использованы в организации торговли наркотиками. Лаки Лучиано и Вито Дженовезе закладывали ее основу.

Главарям мафии оставалось заставить других членов «Коза ностра» принять их рекомендации. Дело осложнялось тем, что, во-первых, до сих пор торговля наркотиками была формально запрещена внутренним законом организации, а во-вторых, ввести в «Коза ностра» иностранцев, осужденных за политические преступления и геноцид, было делом нелегким.

Сама идея, вероятно, исходила от Вито Дженовезе, который в свое время предоставлял субсидии в несколько сотен тысяч долларов черным кассам фашистского режима. Сложность состояла в том, чтобы подчинить бывших эсэсовцев законам «Коза ностра». То, чего добились некоторые гестаповцы и чиновники экономических служб рейха в Париже, Брюсселе, Амстердаме и других городах, казалось советникам мафии достаточно убедительным, чтобы предоставить им новый шанс. Обстоятельный доклад Лаки Лучиано содержал внушительные цифры и устанавливал новый мировой тариф на «товар».

Еще в 1944 году, предвидя возможность поражения, главари СС и их финансовые эксперты предусмотрели, что им придется рассеяться по всем континентам. Для этого будет необходимо поместить в надежное место награбленную добычу.

Через три года после капитуляции «третьего рейха» некоторые из них оказались в Гаване. Однако встреча с ними вызвала расхождения внутри «Коза ностра». Группа «южных» мошенников, представленных «капо» из Флориды Санто Траффиканте-младшим и его «финансовым советником» — молодым и еще мало известным гангстером, — была настроена враждебно. Дело в том, что в южной Флориде в сицилийскую мафию входили евреи. Королем ее денежных махинаций был Меир Лански[10]. Еврей из Польши, он был против союза с палачами своих единоверцев.

Вот почему встреча в «Каса марина» закончилась сумятицей. Предварительное решение было принято всесильными «капо» Нью-Йорка и Чикаго: испробовать новичков, прибывших из Европы, и дать им оценку в зависимости от результатов, которых им удастся добиться.

Перед тем как покинуть собрание, Лаки Лучиано, который готовился отплыть в Италию на турецком судне, с особым почтением представил своим сообщникам и подручным «надежного малого»: Огюста Рикора. Этот немногословный француз из Парагвая буквально купался в золоте. Лаки, не питавшему никаких симпатий к германским «жирным затылкам», высадившимся с фальшивыми документами в Гаване, этот молчаливый средиземноморец со светлыми глазами и очками банкира представлялся верным союзником. Обладавший безошибочным нюхом Лучиано твердо верил, что Рикор привлечет к торговле наркотиками необходимые средства и создаст разветвленную сеть связей. То, что Рикор именовал себя Даржеллесом и имел аргентинский паспорт, свидетельствовало о значительном опыте этого сообщника знаменитого Джоановича[11], о котором даже в недрах американской «Коза ностра» ходили легенды.