Читаем Маэстро Воробышек полностью

— А какие же у нас должны быть отношения? Сверхчеловеческие? — пошутил Леонид Васильевич.

Они подошли к лагерю. И как всегда, в целях конспирации разошлись.

Выйдя к реке, Виктор сбросил с себя нехитрые свои одежды и, громко шлепая по воде ногами, побежал к более глубокому месту, где можно было нырнуть. Теперь он уже умел плавать и не боялся удаляться далеко от берега.

По реке медленно двигалась лодка, в ней были Лена и доктор. Виктор подплыл к ним.

— А, Виктор! — встретила его Лена. Они сидели вместе с Дмитрием Ивановичем на одной скамейке и держали одно весло. — Вот, учимся грести… Дима способный ученик…

— Вообще, я в спорте не новичок, — сказал доктор и бухнул в воду весло с такой силой, что брызги разлетелись во все стороны. — В институте бегом занимался, а вот грести не приходилось.

— Ленка вас быстро научит! — успокоил его Виктор. — Она у нас мастер по этой части.

Лена бросила на Виктора благодарный взгляд, — ей приятно было, что в присутствии доктора ее похвалили. И постаралась не остаться в долгу:

— А Виктор наш, смотрите, уже плавает! Ведь он раньше до смерти боялся воды.

— Хотелось бы знать, а вы боитесь чего-нибудь? — спросил доктор, который с некоторых пор стал видеть в своем добровольном тренере одни только совершенства.

— Ничего! Хотя нет, боюсь милиции! Ой, Витька, как мне страшно идти туда!

— В общем, давай договоримся так, — предложил Виктор, продолжая держаться за борт лодки. — Сначала я этой Лопатиной всю свою историю расскажу, о путанице с чемоданом, драке с гадалкой, а потом уже ты начнешь плакать.

— Там я плакать не буду, — твердо заявила Лена. — А то в самом деле… Я уже говорила Диме, ведь я комсомолка, а на меня такой поклеп. Еще мама узнает, и ребята в школе засмеют.

Доктор никак не мог забыть, с какой самоотверженностью собиралась Лена защищать его перед комиссией. И разве мог он сейчас оставаться безучастным? И он мужественно заявил:

— В крайнем случае я с вами пойду!

— Ладно, после обеда пойдем, — прервал их Виктор, оттолкнулся от лодки и поплыл к берегу.

Здесь уже было полно ребят, гревшихся на солнце. Виктор пошел вдоль реки — он любил после купанья прогуляться.

— Эй, Витька! — окликнул его Рудик. — Это уже не порядочно!

— Что не порядочно? — остановился Виктор.

— Ты же знаешь, а делаешь вид, что тебе непонятно. Могу напомнить. Мы готовим специальный номер газеты, хотим посвятить ее словам Калинина, что в человеке все должно быть гармонично. А твоя статья — главная в номере. И помни, ты должен рассказать, как в вашем «Спутнике» ребята получают очки и за спортивные достижения и за музыку, ну и за другие искусства. В общем, дай рассуждения на эту тему. И примерчики приведи, ну и о себе можно… Нечего скромничать.

— Когда надо? — коротко спросил Виктор.

— Вчера надо было. Ну, в крайнем случае, послезавтра. Только не позже.

— Хорошо, сделаю.

Виктор побрел дальше. Дошел до конца пляжа, вернулся обратно. Моцион закончен, теперь можно тоже поваляться на песке вместе с ребятами.

— Придется тебе, Генка, все-таки выступить за него, — почти просительно говорил Олег.

Генка ухмыльнулся.

— И не подумаю. Сказал, что не буду, значит, не буду.

— Но это же, знаешь, как называется! — Олег вскочил на ноги, но тут же снова плюхнулся на песок. — Ладно, потом договоримся. Доктора не интересуют наши спортивные дела.

— Почему это, — обиделась за своего друга Лена. — Доктор тоже спортсмен.

Все разом посмотрели на Дмитрия Ивановича и, словно сговорившись, промолчали.

— Все, что касается вас, меня очень волнует, — сказал доктор, стряхивая с руки прилипший к ней песок.

— Тогда вы должны понять нас, — набросился на него Олег, как будто бы доктор был виноват во всех их несчастьях. — У нас скоро соревнования, а наш лучший бегун, Николай, уехал из лагеря. Неизвестно, по какой причине.

— Как не известно?! — вмешался Виктор. — У него Рязани одинокая сестра заболела.

— Ну, конечно, причина есть, иначе Николай нас бы не бросил, — поправился Олег. — А вот Генка, он хоть и прыгун, но бегает хорошо. Скажи, Генка, ты бегаешь хорошо?

— Не плохо, — нехотя согласился Генка.

— И мы просим его выступить и в прыжках, и в беге заменить Николая. Зачет команде нужен. Вам ясно, доктор?

— Ясно, конечно, ясно, — поспешил согласиться доктор.

— А вам не ясно, — обозлился Генка, — что мне важнее завоевать первое место в прыжках, а тут заставляют тренироваться в беге. Все время убьешь на это, а на прыжки наплевать? Так ведь выходит?

— Да пойми ты, дурак, — продолжал горячиться Олег, — нам нужно получить очки.

— В самом деле, коллектив, — застенчиво улыбнулся доктор.

— Что коллектив? — повернулся к нему Генка.

— Надо считаться с коллективом, — уже более твердо заявил доктор. — Если нужно для коллектива, то надо и прыгать, и скакать, и летать, и я не знаю еще что.

— Вот и попробовали бы сами и прыгать и скакать! — уже совсем разъярился Генка.

— Ты что грубишь Дмитрию Ивановичу? — заступился за доктора Виктор.

— Я уже просил вас, ребята, зовите меня Димой, — тихо произнес доктор.