А Лисабет даже рассердилась на братика:

– Вот глупый мальчишка! Зачем он нам такой нужен!

– Да уж! И в кого он только уродился такой копуша! – говорит Мадикен.

Девочки засыпают.

А утром, едва проснувшись, они вдруг услышали жалобный плач. Ой, кажется, и правда – кричит ребёночек!

– Братик родился! – завопила Лисабет.

И тут в дверях появляется папа, он улыбается.

– Хотите посмотреть на сестричку? Тогда пойдёмте!

Мадикен и Лисабет от удивления так и разинули рот.

– Вот тебе и братик! – сказала Мадикен, опомнясь от неожиданности. И они бегом помчались в спальню. А там мама сидит на кровати и держит сестричку, и сестричка уже не кричит.

– А почему она кричала? – сразу спросила Лисабет.

– Она хотела, чтобы вы пришли и поздоровались с ней, – отвечает мама. – Она вас дожидается уже несколько часов.

Сестричка оказалась такая прелесть, что просто не описать словами! У неё длинные чёрные волосики и ясные голубые глазки, а когда Мадикен и Лисабет уселись рядом на краю кровати, она очень серьёзно на них посмотрела, как будто всё понимает – и про Юльтомте, и вообще всё на свете.

– Наверное, она думает: «Куда это я попала?» – говорит Лисабет.

Обеим девочкам дали по очереди немного подержать сестрёнку. Когда Мадикен взяла её на руки и почувствовала, какая же она маленькая, у неё даже сердце зашлось, и она подумала: «Как это получается, что едва увидишь такую крошку, как с первого взгляда сразу полюбишь её так сильно?» Ей даже не хотелось отдавать сестрёнку маме.

– Посмотрите, как она похожа на маму! – говорит папа. – В точности её носик! Видите? Это же маленькая Кайса! Потому мы так её и назовём!

Мама гладит Кайсу по чёрненьким волосикам.

– Ну и что, если у тебя, малышка, будет мой нос! Главное – чтобы ты душой была в папу и чтобы у тебя было его сердце. Вот чего я желаю.

Второй день рождественских праздников тоже получился довольно странный. Но хороший. Так решили Мадикен и Лисабет. Они посмотрели, как Кайса кушает, поплясали с Альвой и папой вокруг ёлки, потом посмотрели, как Кайса купается и как она кричит, и спели для Кайсы рождественские песни, и слепили у неё перед окном снежный светильник, чтобы Кайса посмотрела, что это такое. Когда они зажгли свечку, папа поднёс Кайсу к окну.

– Наверное, она ничего красивее ещё не видала в жизни! – говорит Лисабет.

А потом наконец появились сани Юльтомте. Он приехал по дороге, которая идёт из Аппелькюллена. По реке в этот год нельзя было ехать, она ещё не замёрзла.

Разбирать подарки пришлось в спальне. Это тоже странно. А самое странное, что Мадикен не получила в подарок ни одного золотого сердечка! Но она нисколечко не огорчилась, потому что было много всего другого.

– Ты получила какое-нибудь блаженство? – спросила Лисабет, когда все подарки были розданы.

Мадикен подумала. Она получила книжки, и новые лыжи, и бумажных куколок, и настольную игру, и почтовую бумагу, и платьице, и тортик из марципана. Всё это замечательно, но настоящего блаженства среди подарков как будто бы и нет. Однако нельзя же требовать, чтобы каждый год тебе доставалось блаженство! Мадикен и так вполне довольна.

Лисабет тоже сомневалась, можно ли что-нибудь из её подарков считать настоящим блаженством. И вдруг Мадикен с торжеством говорит:

– А как же! И ты получила блаженство, и я тоже! У нас же есть теперь Кайса.

Лисабет засмеялась от радости:

– Верно! У нас же есть Кайса!

«Солнце майское сияет»

Кайса – это такое блаженство, от которого с каждым днём в доме становится всё больше и больше радости! Скоро она уже научилась поднимать головку, потом стала вдруг смеяться, потом вдруг увидела свои ручки и принялась их подолгу разглядывать, как будто это какое-то невиданное чудо. Что бы ни делала Кайса – чудесно и удивительно. Она всегда мила – и когда зевает, и когда кричит. И все её любят.

– Какая же ты у нас сладенькая! – говорит Альва. – Так бы тебя, кажется, и украла!

А Кайса хохочет, словно она понимает, что сказала Альва.

«Какая счастливая Лисабет! – думает Мадикен. – Она может целый день проводить с Кайсой».

А Мадикен опять ходит в школу. Чтобы побыть с Кайсой, Мадикен должна пораньше приходить из школы, и она старается нигде не задерживаться. Едва ступив на порог, она уже спрашивает:

– А где Кайса?

Кайса часто спит в своей колясочке. Хотя Линус Ида и старается отговорить маму от такого безумства.

– Никак вы решили уморить ребёнка? – спрашивает она. – Право слово, никогда ещё не видала, чтобы младенца зимой выставляли на улицу!

Но мама только смеётся. Кайса возвращается с прогулки вся румяненькая, свеженькая, и от неё чудесно пахнет.

– Ну, посмотри сама, – говорит мама Линус Иде. – Разве она не похожа на румяное яблочко?

Тут Лисабет идёт в прихожую и разглядывает себя в зеркало.

– А правда, я ведь тоже похожа на румяное яблочко? Только я покрупнее.

Ей кажется, что с Кайсой слишком много возятся, и вечером, забравшись к Мадикен в постель и примостившись у неё на плече, Лисабет иногда спрашивает:

– А ты Кайсу любишь больше, чем меня?