Читаем Мадикен полностью

Бедный папа! Как обидно, что здесь есть две бутылки пива, а у папы с мамой нет ни одной. Мадикен немножко подумала, а находчивости ей не занимать. Линус Ида говорит, что Мадикен скора на выдумки. Не успеет, дескать, поросёнок глазом моргнуть, как она уже придумает новую проказу. Она и сейчас мигом всё сообразила. Мадикен порылась в своём кармашке. Так и есть – нашлась бечёвка! Мадикен – запасливая.

И вот что она придумала сделать. Если привязать к бутылке верёвочку и подвесить на подходящей ветке, а потом хорошенько размахнуться, бутылка будет качаться, как маятник.

– А папа уж как-нибудь её поймает, – объясняет Мадикен сестре, которая не сразу поняла, что затеяла Мадикен.

С такой дочерью папа не пропадёт от жажды! Ему, правда, пришлось далеко тянуться за бутылкой, и он чуть было не свалился к бычкам, но всё кончилось благополучно, и папа по очереди поймал обе бутылки, которые прилетели к нему на верёвочке.

И тогда на берёзах пошёл пир горой. Все наелись, напились, выпили за мамино здоровье, кто пива, а кто и лимонаду, пропели ей долгие лета, так что быки под деревом ошалели от удивления. Папа помахал им бутербродом с ветчиной и крикнул:

– Столы с угощением накрыты в зелёной гостиной! Тому, кто хочет отведать, придётся подняться наверх!

– Нет уж! Лучше не надо! – сказала Мадикен и порадовалась, что быки не лазают по деревьям.

А как приятно здесь пировать! Лучшего места, чтобы справлять день рождения, нарочно не придумаешь! Сидишь, словно в зелёной комнате с прозрачными светло-зелёными занавесками. Занавески тихонько колышутся, и в листве прыгают солнечные зайчики. Всё освещено особенным, нежным светом, от которого блинчики кажутся ещё вкуснее. Мадикен спрашивает у Лисабет, как ей это нравится. И Лисабет говорит, что очень. Она уже не думает, что лазать по высоким деревьям – это одно сплошное сумасшествие.

Но когда было покончено с угощением, настал конец веселью. Ну и скукотища – сидеть и ждать, когда можно будет спуститься на землю. До чего упрямые быки! Неужели им никогда не надоест караулить? Время от времени они по одному ходят к реке попить, а потом возвращаются и снова терпеливо несут свою стражу.

Мама попробовала было отпугнуть их пением и музыкой. Взяв лютню, она запела: «Крылатая птичка в просторе небес, куда хочу, я летаю…»

– Вот хорошо бы! – говорит папа. – Слетай-ка ты на ферму Аппелькюллен да скажи Петрусу Карлсону, чтобы он приходил поскорее!

В эту минуту раздался первый раскат грома, пленники заметили, что со стороны фермы надвигается большая сизая туча.

Над лужайкой ещё светит солнце, но скоро туча нависнет прямо над головой.

– Да уж, – говорит мама, – гром, и дождь, и быки, и Линдквист! Остренькая приправа для дня рождения!

Но ничего не поделаешь! Остаётся только сидеть на ветках и бессильно наблюдать, как всё ближе надвигается стена дождя. Сверкнула молния, и сразу так бабахнуло, что Лисабет снова расхныкалась.

– Признайся, Кайса, о чём ты там договаривалась с Дедом Тучегоном? – обращается к маме папа. – Мне помнится, ты говорила, что заказала солнечный денёк!

Как раз тут Мадикен вспомнила очень важную вещь:

– Папа, а учительница говорила нам, что во время грозы нельзя стоять под деревом…

– Совершенно верно, – говорит папа. – Но быки об этом, как видно, не слыхали.

– Да, но ведь сидеть на дереве, наверное, ещё опаснее? – высказывает Мадикен свою догадку.

– Может быть, и так, – говорит папа. – Но нам отсюда никуда не деться. Попробуй договориться с быками!

Затем хлынул ливень. Молнии засверкали, гром загремел так, что у них дух перехватило. Разразилась такая страшная гроза, что мама побледнела, а Лисабет громко зарыдала от страха. Мадикен тоже чувствует страх, конечно, ей страшно! Но в глубине души она, несмотря на испуг, чувствует, что в ней живёт ещё и другая Мадикен, и эта вторая Мадикен до жути наслаждается тем грозным и прекрасным, опасным и величественным, что творится вокруг неё. В этот миг Мадикен опять почувствовала, как играет в ней жизнь.

Иное дело – Лисабет.

– Мама! – вопит Лисабет. – Мамочка, я хочу домой!

Мадикен крепко обнимает её и утешает как может:

– Не плачь, Лисабет, моя маленькая! Сейчас всё пройдёт.

И гроза проходит. Почти так же внезапно, как началась. Как будто Дед Тучегон взял в руки метлу и разогнал все тучи. Небо поголубело, и вся лужайка засверкала, словно её только что опустили на землю из райского сада.

Но Лисабет всё равно недовольна. Она промокла до нитки, замёрзла и устала сидеть на ветке.

– Хочу домой! – кричит она. И даже говорит: – У-у, чёртовы быки!

Только что так говорил папа. Значит, можно повторить, и зря Линус Ида пугает, что если будешь чертыхаться, то попадёшь в ад.

– Слыхал, Юнас? – говорит мама укоризненно. Но тут их отвлекло новое событие. Быки, которые всю грозу простояли не шелохнувшись под берёзами, внезапно сорвались с места и галопом помчались на свой выгон. Они бежали так, точно за ними кто-то гнался. Папа вдруг захохотал:

– Это их овод прогнал. Так им и надо!