– Я обращала на тебя внимание. Слишком много внимания, насколько я помню.

– Слишком много просто быть не может, любимая. Никогда, – усмехнулся Джордан, скользя руками по всему ее телу, гладя ее так, что у Шарли по коже побежали мурашки.

– Значит, ты почти обо всем позаботился, да? – Шарли пыталась осознать огромное значение его простого, но, в общем, очень разумного плана. – Мы с тобой перестанем быть теми, кто мы есть сегодня, и станем простой супружеской парой в колониях.

– И да и нет. Мы оставим позади две довольно обременительные личности. Мы отправимся навстречу новой жизни, туда, где мы сможем быть теми, кто мы есть на самом деле, а не теми, кто мы по титулу. А вот что не изменится, так это ты и я. То, что есть между нами. Это навсегда, Шарли.

Она застонала от удовольствия, когда он снова принялся ее гладить.

– Я знаю, Джордан. Кажется, я поняла это в ту самую минуту, когда тебя увидела. Я хотела сама ласкать тебя, а не поручать это Джейн в ту первую ночь. Я не понимала почему, поэтому боялась. Но я знала.

– Сказать по правде, я тоже это знал. Я говорил, что просто хочу переспать с тобой, потому что ты красивая и сексуальная и потому, что я тебя хочу. Но буквально через несколько минут я понял, что происходит еще что-то. Что-то такое, что заставляет меня хотеть обнимать тебя, просыпаться с тобой, касаться тебя, любить тебя… То чувство, которое я испытываю к тебе, перевернуло весь мой мир, Шарли.

Сердце Шарли подпрыгнуло, и последний осколок боли растворился. Она уткнулась лицом в шею Джордана, ощущая его запах, вдыхая его, впуская его глубоко в свою душу и свое сердце.

Она перекатилась так, что оказалась под ним, и заурчала от удовольствия.

– И я смогу ходить тебе по спине, если понадобится лечение. Только подумай, Джордан, ты получишь не только жену, но еще и специалиста по массажу.

Улыбка Джордана была само обольщение.

– Странно, но у меня не было проблем со спиной с тех пор, как я встретил тебя. И сделал с тобой вот это…

И он погрузил свою плоть в ее влажное теплое лоно, которое, казалось, создано было для его размера. Шарли подвинулась, раскрываясь пошире навстречу ему, и, не в силах сдерживать свои чувства, притянула его к себе.

– Я люблю тебя, Джордан Линдхерст. Сегодня, завтра и буду любить все дни, которые мы с тобой разделим. Ты моя жизнь.

В эту секунду мадам Шарли навсегда исчезла.

Эпилог

«Ноттингемский вестник», Флит-Стрит, Лондон, 1815

Хотелось бы отметить интересное сообщение, которое пришло недавно из Кальвер-Хаус. В конце лета этого года без лишнего шума состоялась свадебная церемония: Джордан Линдхерст, седьмой граф Кальвертонский, обвенчался с мисс Шарлоттой Авонли из рода Авонли-Хантсфордов из Гемпшира. В сообщении говорится, что недавняя трагическая потеря в семье невесты сделала пышную свадьбу невозможной. Бывшая мисс Авонли довольно загадочная фигура, потому что никто не может похвастаться знакомством с ней, хотя ее постоянное проживание в Гемпшире действительно практически исключает возможность ее общения с лондонским высшим светом. Редакция нашей газеты желает молодоженам всяческого благополучия.

Сразу за сообщением об этой свадьбе неожиданно пришла новость о решении графа уехать в колонии, отказавшись от всех прав и притязаний на поместье Кальвертон.

Мы задаемся вопросом, что же происходит с нашей знатью? Неужели они просто устают от тяжелой задачи управления великолепными поместьями нашей страны?

Устают есть из золотой посуды и пить изысканнейшие вина и бренди?