Читаем Мадам Шарли полностью

– А могу я спросить, что такая прелестная молодая женщина знает о наслаждении?

На несколько минут в комнате повисло молчание, слышно было только, как его руки намыливают ее голову, да еще тиканье часов на каминной полке.

– Ничего. – Ответ она произнесла почти шепотом. – Я ничего, не знаю о наслаждении. Могу только предположить, что это чувство расслабления и тепла приближается к тому, что другие называют наслаждением.

– Вовсе нет, – он усмехнулся. – Наслаждение – это нечто гораздо большее.

Шарли чуть наклонила голову, чтобы его руки совершали свои волшебные движения как раз у нее за ухом, и стерла мыльную пену с носа.

– Полагаю, вы имеете в виду секс, – внезапно она опять превратилась в мисс Высокомерие.

– Среди всего прочего. Но вы правы, сексуальное наслаждение – лучшее из всех возможных видов наслаждения.

Снова в комнате повисло молчание.

– Я ничего об этом не знаю.

Признание упало в тишину комнаты, как разорвавшаяся бомба, обратив твердую плоть Джордана в мрамор. Он столького желал, и все это было лишь в нескольких дюймах от него, от его рук, губ и члена, такое влажное, блестящее, обнаженное.

Вероятнее всего, в течение последующих пяти минут у него случится сердечный приступ. «Тайме» придется покорпеть, формулируя некролог так, чтобы весь мир не узнал, что умер он от сильнейшей похоти.

Джордан задался вопросом, может ли член взорваться.

Он боялся, что ему предстоит это выяснить.

– Позвольте показать вам, Шарли. – Эти слова вырвались у него прежде, чем он смог сдержать их, и шли они прямо от сердца и от места пониже живота.

Она застыла под его руками:

– Я не хочу заниматься с вами сексом, милорд.

– Вы уверены?

Ее шея так резко выпрямилась, что Джордан мог поклясться, что слышал, как затрещали кости.

– У меня никогда не возникает желания заняться сексом. С вами или с кем-нибудь еще. Я полагаю, что это занятие лучше предоставить другим. Да, это мой бизнес, но я не получаю от этого никакого удовольствия. Я совершенно не интересуюсь подобными вещами.

– Совсем?

– Именно так. Совсем. А теперь, если вы закончили с моими волосами…

Джордан протянул руку к ведру с водой и проверил, не слишком ли она горячая. Его мозг напряженно работал, силясь найти лучший подход к следующему шагу.

Он убрал волосы назад с ее лица и провел по всей их длине, чуть надавливая на спину, побуждая ее наклониться вперед. Шарли подалась вперед так, что ее груди оказались у самой поверхности.

Шарли кашлянула, когда Джордан, отвлекшись из-за этого ее движения, случайно пролил воду ей на лицо.

– Извините. – Джордан усилием воли заставил себя вновь сконцентрироваться на своей задаче и стал следить за тем, чтобы смыть все мыло с золотистой массы волос, покачивающейся на поверхности воды.

Он подхватил полотенце, обернул его вокруг головы Шарли, как следует отжал волосы, а потом соорудил аккуратный тюрбан так, как это делали медсестры и нянечки с незапамятных времен.

– Спасибо, мило… – начала Шарли, но Джордан ее перебил:

– Шарли, у меня есть к вам одно предложение. Что-то вроде эксперимента для вас, если можно так выразиться.

Шарли приподняла бровь и вопросительно на него посмотрела.

– Вы говорите, что никогда не испытывали наслаждения. И не собираетесь вступать в связь с кем бы то ни было. Никогда.

Щеки Шарли чуть порозовели, но ее глаза остались холодными и настороженными.

– Совершенно верно.

– Может быть, вы позволите мне показать вам, что такое наслаждение?

Он видел, что она готова отказаться и выразить крайнее возмущение, и остановил поток ее излияний, подняв указательный палец вверх.

– Я даже не прикоснусь к вам, Шарли. – Он поднес палец к ней так близко, что тот оказался в нескольких сантиметрах от ее губ. – Я покажу вам, что такое наслаждение. Прямо здесь, прямо сейчас. И мне для этого не придется даже притрагиваться к вам.

Шарли фыркнула. В ее глазах было написано откровенное недоверие.

– Сомневаюсь, что такое возможно, милорд. – Она окинула его высокомерным взглядом. – А даже если и так, вряд ли вы дождетесь от меня ответной реакции. Да я готова побиться об заклад…

Глаза Джордана заблестели.

– Вы готовы побиться об заклад, Шарли?

– Я не имела в виду, что хочу с вами спорить…

– Неправда. Вы сказали «я готова побиться об заклад». Я очень хорошо вас слышал. Так, значит, вы любите спорить, да? Вы азартны?

Шарли закусила губу и уставилась на воду, пряча глаза.

– На что поспорим, Шарли? Я готов побиться об заклад, что подарю вам наслаждение прямо здесь, в этой ванне, не прикасаясь вам. Если я проиграю, что я должен буду сделать?

Он взглянул на нее, желая, чтобы она подняла голову и посмотрела на него.

– Я… не думаю, что это такая уж хорошая идея, – пробормотала она, не шевелясь.

– Боитесь, что проиграете?

Она резко подняла голову.

– Конечно нет. Вся эта идея просто нелепа. И еще, это неприлично.

Джордан усмехнулся:

– По-моему, границы приличий мы перешли уже некоторое время назад, Шарли. Я знаю… – Он щелкнул пальцами. – Та девушка, которую вы спасли. Если я проиграю, я найду для нее дом и работу за городом. Мы обучим ее ремеслу горничной. Что скажете?