Читаем Лжец полностью

Проездив полдня по окраинам Чикаго и пообедав в небольшом семейном кафе в пригороде, на обратном пути в квартиру Джорджа мы решили немного насладиться уходящим днем в Гайд-Парке, там же и устроив себе небольшой пикник.Мы прошли по идеально выметенной дорожке до газона на берегу озера. Джордж расстелил на газоне покрывало, поставил корзинку с фруктами и вином. Он налил мне в пластиковый стаканчик вина и протянул гроздь винограда, получив мою благодарность и улыбку.– Пластиковый стаканчик? Серьезно? – усмехнулась я.Он наклонился ближе, как будто собирался открыть секрет.– Если полиция застукает тебя с бокалом вина посередине самого популярного места в городе, у нас будут проблемы.Он подмигнул.– Ты не будешь пить? – спросила я, увидев, как он откручивает пробку на бутылке с водой.– Я за рулем, не забыла? – улыбнулся он, приподнимая брови.– Но вчера… – я не успела закончить фразу, когда он уже начал отвечать.– Когда вожу мотоцикл, я не пью. Стараюсь не пить и за рулем автомобиля, но бывают исключения.– Ясно.Я вздохнула, когда снова решила завести разговор о важных для меня вещах. Я хотела знать все о мужчине, который так уверенно забирался мне под кожу. Джордж смотрел на озеро, задумавшись, а я смотрела на него. Он смотрел, слегка прищурившись, отчего его глаза казались еще темнее в обрамлении густых черных ресниц. Он слегка нахмурился и мне хотелось провести по морщинке между его бровей, развеяв все невзгоды. Мне хотелось, чтобы он улыбался, кокетничал, шутил и смеялся. Мне нравился игривый Джордж, спокойный и расслабленный. Но его что-то заботило, он часто хмурился и при внешней расслабленности я чувствовала его внутреннее напряжение. Мне оставалось только надеяться, что не я была его причиной.Он сделал глоток воды и я проследила взглядом за его поднявшимся и опустившимся кадыком. Джордж облизнул губы и мне резко захотелось домой. К нему, ко мне – не важно, лишь бы оказаться рядом с ним без свидетелей и желательно без одежды.Но вокруг нас было очень много людей, которые проводили свой выходной день в парке, греясь под лучами теплого весеннего солнца, играя в различные игры и устраивая такие же пикники, как наш. Мне оставалось только довольствоваться легкими прикосновениями Джорджа, которые были непрерывными. Было такое ощущение, что он не может держать свои руки подальше от меня. Он постоянно заправлял выбившуюся прядь мне за ухо, прикасался к руке, переплетал наши пальцы, гладил по спине, по щеке, целовал в макушку, щеку, нежно прикасался своими губами к моим. От его взгляда мое лицо вспыхивало, как у школьницы и он усмехался, довольный произведенным эффектом.– Джордж? – позвала я, откладывая недоеденный виноград назад в корзинку.– Ммм? – он прервался от созерцания водной глади и посмотрел на меня.Наши пальцы сплелись, лежа на покрывале, большим пальцем он нежно поглаживал тыльную сторону моей ладони.– Пришло время поговорить.Он молча протянул руку и, взяв меня за талию, передвинул ближе к себе.– Иди сюда, хочу обнимать тебя, – мягко сказал он, после чего потянул меня на себя так, что я оказалась между его ног, прижатая спиной к твердой груди.Джордж обнял меня, поцеловал в макушку и, вздохнув, прошептал на ухо:– Задавай свои вопросы, маленький сыщик.Я улыбнулась, подавив дрожь и вздох от его хриплого шепота.– Но ты должен быть предельно честным со мной, – негромко сказала я.– Всегда, малышка. Давай уже, спрашивай, – ответил он со смехом.– Почему ты был такой злой из-за машины?Он снова вздохнул.– Я же сказал тебе, что она не моя.– Да, я поняла, – нетерпеливо сказала я. – Но ты так и не сказал, чья она.– Роуз, ты не очень хочешь такое слушать.– Джордж, мы договаривались, помнишь? – я отклонилась и развернулась, чтобы посмотреть на его нахмуренное лицо.– Ладно, – со вздохом начал он. – Эта машина принадлежит девушке. Я познакомился с ней случайно и… ну, в общем, мы провели ночь. Были жутко пьяные и творили всякие… штуки. И во время пьяного разговора я проболтался, что разбираюсь в машинах и пообещал ей посмотреть ее «мустанг», потому что та… ну, ты знаешь. На следующий день я толком ничего не помнил, потому что был просто мертвецки пьян. Но она напомнила о себе, пригнав машину прямо ко мне в офис. Я, естественно, был очень зол, к тому же, сильно занят в тот день и мне хотелось побыстрее от нее избавиться. поэтому я пригнал машину к тебе и умчался на встречу. Вот и все.– Хорошо, это прояснили. Но дальше почему ты был зол?– Роуз, я хотел больше никогда ее не видеть, а каждый новый день ремонта затягивал процесс прощания с ней. Она звонила, приходила, писала. Она как приманка для мух – липкая и неприятная. Когда ты закончила с ее машиной, я вернул ее девушке и послал ту к черту, потому что за эти несколько дней меня начинало тошнить уже только от ее имени.– Так, этот вопрос закрыли. Следующий, – произнесла я.Он усмехнулся, снова поцеловав меня в макушку.– Доставай уже свой список.– Нет никакого списка, все в этой волшебной коробочке, – ответила я, показывая на свою голову.– Коробочке передач с пятью скоростями, – рассмеялся Мун, заслужив шлепок по руке.– Ауч, – сквозь смех сказал он, обнял меня крепче и поцеловал в щеку. – Возможно, мне стоило приковать тебя наручниками к кровати перед этим допросом, чтобы ты меня не калечила.Я вздрогнула, рисуя себе образы меня, прикованной к кровати и его, жадно поглощающего взглядом все мое тело. Я снова покраснела. Джордж наклонился ниже и хрипло прошептал мне на ухо:– О чем ты думаешь, Роуз?– Ни о чем, – пискнула я.– Плохая девочка рвется на волю?– В каком смысле? – я попыталась изобразить недоумение, но мой дрожащий голос выдал меня с головой.– Придется приобрести пару наручников, чтобы удовлетворить твое любопытство «ни о чем», – снова прошептал он, мягко сжимая мою талию.Я прочистила горло, стряхивая наваждение.– Я знаю, что ты делаешь, Мун, – я попыталась добавить своему голосу строгий тон.– И что же я делаю, детка? – в голосе Муна слышались игривые нотки.– Снова пытаешься отвлечь меня от разговора.– Ладно, Роуз, давай, – сказал он, пытаясь притвориться серьезным. – Продолжай.– Почему ты дальше злился? Почему был так раздражен, когда видел меня?– Ты не допускаешь мысли, что можешь раздражать, да?– Что это значит, Джордж? – я снова посмотрела на него, ожидая увидеть серьезное лицо, но он улыбался этой своей кривоватой улыбкой.– Это значит, что всезнайки бесят всех, – ответил он и легонько стукнул меня указательным пальцем по носу.– Я не всезнайка, – воспротивилась я.– Да, детка, это ты. Но меня раздражало не это, а моя реакция на тебя как на женщину, – теперь он с абсолютно серьезным выражением смотрел мне в глаза. – Впервые в своей жизни мне хотелось взять женщину, уволочь в свою пещеру и не выпускать оттуда до скончания времен.