Читаем Львы Кандагара полностью

Я извинился и направился к ТОС. Я вспомнил сцену из фильма "Зеленые береты", когда Джона Уэйна прерывают во время ужина кодовым словом "Табаско". Кодовое слово означало чрезвычайную ситуацию. Что бы ни хотел сейчас ТОС, это было плохо и не по сценарию. Единственное, чего не хватало, так это кодового слова.

На ТОС раздавались неистовые радиовызовы о помощи. По акценту я понял, что это не группа спецназа. Судя по звуку, подразделение ISAF попало в засаду, причем по-крупному.

"Вы уже получили сообщение от KAF или TOC?" спросил я радиста.

"Сэр, они ждут вашего звонка по спутниковому телефону", - ответил он.

Я взял громоздкий черный телефон и направился на крышу, чтобы получить четкий сигнал.

"Это 31. Соедините меня с боссом", - сказал я. Через несколько мгновений Болдюк вышел на связь.

"Подразделение ISAF попало в переделку, и я хочу, чтобы вы были готовы оказать им помощь", - сказал он мне. Я спросил его, следует ли нам ждать приказа о выступлении или просто немедленно отправиться в путь.

"Ждите, пока я не получу четкую картину", - сказал он. "Я не собираюсь посылать вас в опасную ситуацию, если это не нужно. Подготовь свой комплект как QRF".

К тому времени, как я закончил разговор, Билл был в ТОС. Я сказал ему, что мы были QRF для канадского подразделения, которое попало в засаду. "Скажи ребятам, чтобы они тихонько погрузили свои комплекты, оружие, шлемы, бронежилеты в грузовики". Билл исчез в темноте. Вернувшись в ТОС, я подключился к одному из компьютеров и запросил свежую информацию. Мне нужно было разработать план, и у меня было много вопросов.

Где была засада? В 22 километрах от Кандагара.

Сколько канадских солдат было ранено? Неизвестно.

Сколько боевиков противника находилось в этом районе? По лучшим прикидкам, от 25 до 40.

К тому времени, когда группа прибыла на ТОС, мы с Биллом разработали два варианта действий. Мы могли отправиться к месту засады и оттуда оказать помощь подразделению ISAF. Или мы могли определить направление движения противника и устроить засаду. Мы были полностью готовы маневрировать в тылу врага и убить этих дикарей там, где они находились.

Не имея пока разрешения на выход, мои ребята сидели за столом и слушали радио, пока поступали сообщения о потерях.

"Они просто сидят там, капитан", - сказал Билл.

"Их дело", - сказал я. "Это профессиональная армия, и они знают правила. Если они в контакте и не могут переместиться в более безопасное место или штурмовать вражеские позиции, то им придется терпеть, пока мы не получим сигнал к старту".

Голос на другом конце рации дрожал. Никто им не помогал, да и они сами не очень-то справлялись.

"Похоже, что они в шкафчике для раненых", - сказал Дейв, имея в виду, что они в плохом состоянии.

"Возможно, так и есть", - сказал я, молясь, чтобы мы могли отправиться им на помощь.

Прошло минут двадцать, а казалось, что несколько часов. Я перебирал в уме множество вариантов. Я подумал о подразделениях ISAF, которые прослушивали их, когда команда Шефа находилась в тяжелом контакте. "К черту", - сказал я. "Поехали. С последствиями я разберусь позже. Мы не оставим их там без помощи".

С явным облегчением мои товарищи по группе двинулись к двери. Мы направились в автопарк и загрузили грузовики. Было приятно, очень, очень приятно вернуться на свое место. Я слышал, как патроны входят в патронники тяжелых пулеметов. Радио трещало от новых сообщений о ситуации. Ситуация становилась все хуже - больше раненых, больше выведенных из строя машин. Я зарядил патронную ленту в пулемет, установленный на моей стороне грузовика. Двигатель GMV заурчал. Это было чертовски хорошее начало нашей командировки 2006 года.

"Поехали, парни", - сказал я в FM-радио, когда грузовики поползли к выезду из гаража.

Джума Хан подошел к моему окну, цепляясь за АК-47 и жилет с патронами. "Я хочу пойти", - сказал он. Я не уверен, чья улыбка была больше, его или моя.

"Вали на", - сказал я - почему бы и нет? - подавая ему знак запрыгнуть на заднее сиденье.

Затем по радиостанции канадский голос сказал: "Бинго Красный 1, это Бинго Красный 7. Мы вырвались из засады. У нас много раненых, и мы находимся в двадцати километрах от аэродрома Кандагар".

Наши машины остановились. Билл подошел к моему грузовику.

"Я не думаю, что они продвинулись далеко, капитан. Наверное, у талибов закончились боеприпасы".

"Мы можем отправиться в KAF и узнать настоящую историю", - сказал я.

Грузовики работали, план был разработан, радиостанции работали. Мне нужен был только приказ Болдука о старте. Наконец он отдал приказ, но это был не тот приказ, который мы хотели: "Отставить".

Мне это не понравилось, но я сделал это. Я доверял Болдюку, и если миссия не удалась, значит, она не удалась. Разочарованные, мы вернулись в автопарк и выгрузили свои вещи, чтобы вернуться к празднованию.