Читаем lurie полностью

Те стороны критской культуры, которые оказались доступными грекам, стоявшим на первобытной стадии развития, были усвоены, хотя конечно, довольно наивным образом. Так, в грубо первобытных рисунках греков самого конца микенской эпохи и греков гомеровского времени мы неожиданно встречаем черты, несомненно заимствованные из крито-микенского искусства. Таким путем микенская культура оказала воздействие и на греческую. Точно так же греческие мифы гомеровской и классической эпох часто даже в мелочах обнаруживают следы микенской переработки, хотя сами они, несомненно, древнее эпохи микенской культуры. Прежде всего наследием микенской культуры необходимо считать централизованную религию с сонмом богов, возглавляемым единым верховным богом. Религии этого типа (ср. Египет и Вавилон) всегда отражают централизованное государство, подчинившее себе отдельных местных властителей. А такое государство существовало в Греции только в микенскую эпоху. Это, разумеется, не значит, что религия олимпийцев была создана целиком в микенскую эпоху. Основа ее значительно более древняя (браки братьев с родными сестрами, убиение каждым богом своего отца и т. д.). С другой стороны, подробная разработка картины жизни олимпийцев относится, несомненно, к эпохе гораздо более поздней, чем микенская: она — дело певцов, живших при дворах малоазиатских властителей в гомеровскую эпоху. Но самый «государственный строй» Олимпа отражает общество микенской эпохи. Точно так же культ Афродиты был одним из центральных микенских культов, и классическое представление об Афродите с голубками соответствует крито-микен-ским изображениям Афродиты с теми же голубками. Этим же объясняется, что в классическую эпоху центром культа Афродиты был Пафос на Кипре, где сохранились и ахейский диалект, и ахейский шрифт, и особые священнослужители, носившие название ахейских прорицателей («ахеомантейс»). Точно также щит, как символ городской богини (Афины) в Беотии и Афинах, имеет прототипом такой же щит, представляющий собой символическое изображение богини.

Очень интересно следующее: в «Илиаде» мы встречаем четыре раза рассказ о золотых весах, на которых Зевс взвешивает судьбу борющихся героев. Так, например, мы читаем (XX, 268):

Зевс распростер, промыслитель, весы золотые; на них он Бросил два жребия смерти, в сон погружающей вечный:

Жребий один Ахиллеса, другой — Приамова сына.

Взял посредине и поднял: покинул Гектора жребий;

Тяжкий, к Аиду упал...

Эта сцена изображена на одном микенском рисунке: герой

едет на колеснице, а перед ним стоит бог с весами в руках и взвешивает его судвбу.

Далее на сосудах микенской эпохи, найденных в Беотии, изображены известные нам из греческой мифологии сцены (или сходные с ними их прототипы): встреча Эдипа со Сфинксом; убиение Орестом своей матери Клитемнестры (убившей его отца Агамемнона) и ее любовника Эгисфа.

Мы не можем пройти мимо вопроса о причинах образования классового государства на материке Греции уже в XVI в. и о причинах его гибели.

По-видимому, мв1 здесв имеем дело с фактами, вполне аналогичными тем, какие в свое время имели место на Крите. Непрерывные передвижения греческих племен с севера, продолжавшиеся все время, делали спокойную и регулярную хозяйственную жизнв в Пелопоннесе совершенно невозможной. Чтобы успешно отражатв эти нападения, необходимо было соединить ряд общин воедино, создать внушительную силу и, главное, построить колоссальные стены, недоступные для внешнего нападения, и удобные дороги для сношений между государствами и городами. Такие коллективные предприятия могли осуществляться в то время только подневольным трудом и неизбежно вели к классовому расслоению. Массовые походы, необходимые в виду излишка населения, которое не могло существовать на внутренние ресурсы, и широкая международная торговля, обогащавшие одних и разорявшие других, вели к дальнейшему усилению классовых противоречий.

Таким образом, судьба микенского государства должна была повторить судьбу критского. И здесь правящая верхушка, воспитанная на критской культуре, естественно должна была оторваться и изолироваться от народных масс. Недовольство свободных прогрессирующим порабощением, бесконечными изнурительными работами при постройке крепостей, дворцов и дорог, поборами в пользу царя и знати и, наконец, стремление каждой общины к самостоятельности — все это неизбежно вело к обострению классовой борьбы и внутреннему разложению общества.

Как раз в это время с севера в Грецию вторгаются большие массы дорийских переселенцев, обладавших, быть может, более прочным и лучше поддающимся обработке материалом для оружия, чем народы крито-микенской культуры: в эпоху их при

хода в Грецию здесь впервые вместо бронзового появляется железное оружие. Почва для их победы была, как мы видели,