Читаем lurie полностью

Мы говорили уже выше и об Исократе. Как мы видели, он впервые выдвинул принцип объединения всех греков для борьбы с Персией. Это дало возможность немецким ученым, начиная с 1871 г., прославлять Исократа. По их мнению, он был представителем расового принципа, стоял на точке зрения превос-

ходства греческой расы над персидской и требовал объединения всех греков для борьбы с людьми низшей расы.

Между тем такое толкование искажает смысл текста Исократа. Если внимательно в него вчитаться, то будет ясно, что его подход к этому вопросу различен в различные моменты.

В некоторых местах его сочинений есть призывы к соблюдению Анталкидова мира, к миру с Персией, даже к объединению с определенными группами варваров. Основой у него служит не расовая, а экономическая проблема, которую он формулирует очень остро. Он говорит о безработице, о массе людей без средств к существованию, блуждающих по Греции, о безработных бедняках в городах, все время смотрящих с вожделением на карманы богатых людей. Перед ним стоит проблема, куда девать эту огромную массу людей. Исократ, как и ряд его единомышленников, отвечает: смотрите, на Востоке, под властью

персов, целые области населены «варварами», т. е. людьми, созданными для рабства. Вместо того, чтобы бороться между собою, пойдем туда и покорим варваров, сделаем их рабами, наши безработные поедут туда эксплуатировать этих рабов, а мы, состоятельные люди Греции, избавимся от голодных ртов и завистливых глаз.

Этим объясняется и весь характер пропаганды Исократа.

У него на первый взгляд нет последовательности, нет постоянной точки зрения, однако он последователен в одном: в желании во что бы то ни стало избавиться от голодных людей. Для этого необходимы три предпосылки: прежде всего, централизация Греции — безразлично, кто будет монархом, только не персидский царь, потому что в программу Исократа входит захватить области персов; этим монархом может быть фессалийский тиран или македонский царь, сицилийский тиран или спартанский царь — все равно; затем, необходимо уничтожить крайнюю демократию с ее переделами земли, отменой долгов и обложением богатых и, наконец, необходимо покорение Персии для завоевания новых рынков и выселения сюда безработных. Для осуществления второго и третьего пунктов необходимой предпосылкой является также централизованная монархия. Чтобы выполнить эту программу, Исократ обращается с посланиями к различным царям и тиранам, предлагая им объединить силы всех греков, прекратить междоусобные распри и возглавить общеэллинский поход против персов.

В этом отношении особенно интересно сочинение Исократа, озаглавленное «Филипп». В первой части этого сочинения Исократ говорит о необходимости установить мир между виднейшими греческими государствами. Он предлагает македонскому царю Филиппу примирить четыре государства —Афины, Фивы, Спарту и Аргос, — остальные уже сами последуют их примеру.

Вторая часть речи посвящена центральной идее Исократа — походу против Персии. По мнению Исократа, данный момент

был наиболее подходящим, так как в это время целый ряд областей отпал от Персии. Самое малое, что должен был сделать Филипп, — это завоевать все малоазийское побережье от Киликии до Синопа, переселить туда всех бродяг из Греции (plano-menoi) и тем самым создать барьер для защиты Греции от варваров Востока. Все это подкрепляется ссылками на Геракла, возведенного в предки царя Филиппа.

Исократ не случайно подчеркивает те материальные выгоды, которые греки получат от этого похода. Как мы говорили уже, он выражает здесь не свое индивидуальное мнение: он выражал взгляды определенной группы богатых рабовладельцев, заинтересованных в твердой власти и колониальной экспансии.

Аристотель

Еще больший интерес представляют для нас взгляды ученика Платона Аристотеля. Аристотель несколько прогрессивнее Платона, он понимает уже, что афинянам невозможно вернуться к старой аристократии. Относясь терпимо к любой форме правления, он признает три нормальных формы: политию, т. е. умеренную демократию, аристократию и монархию. В зависимости от условий того или другого места в одном случае можно рекомендовать политию, в другом — монархию, в третьем — аристократию. Но эти формы имеют свойство вырождаться в уродливые формы: полития — в демократию, аристократия — в олигархию, монархия — в тиранию. Эти формы внешне сходны с первыми, но в действительности они являются их вырождением, так как в основу их положены не законность, а насилие. С этими формами нужно бороться.

«Вырождение» общественных форм с точки зрения Аристотеля заключается главным образом в том, что государство начинает покушаться на имущество богатых людей. «Монархия... создана для поддержки высших классов против народа... Царь следит за тем, чтобы владельцы имущества ни в чем не терпели ущерба» (Политика. V, 8, 1310 b9). Аристотель, разумеется,

имеет в виду прежде всего македонскую монархию, к которой он был очень близок: он был придворным македонского царя Филиппа и учителем его сына Александра.