Читаем lurie полностью

В Афинах обе партии — и землевладельческая, возглавляемая Мильтиадом, и демократическая торгово-промышленная, возглавляемая Фемистоклом, — были против подчинения и за борьбу с Персией. Но эту борьбу они себе представляли по-разному. Аграрии хотели довольствоваться сухопутной обороной Аттики в тесном союзе со Спартой. Фемистокл и его группа прекрасно понимали, что если бы даже удалось разбить персов в Аттике, то положение Афин от этого немногим бы улучшилось, так как Геллеспонт был в руках персов, и подвоз хлеба в Афины был отрезан. Господство на море для захвата проливов было, таким образом, для афинской бедноты вопросом жизни и смерти. Поэтому Фемистокл, став архонтом в 493 г., развивает широкую деятельность: он строит новую

гавань в Фалере, приспособленную для глубокосидящих судов, и добивается постройки военных судов нового типа — триэр.

Мы уже видели, что в древности усиление значения той или иной части населения в армии ведет и к усилению ее в политической жизни. Переход от гомеровской боевой тактики к тяжелому гоплитскому строю привел к предоставлению политических прав зажиточному крестьянству. Так и теперь перенесение решающей роли в войне на флот означало увеличение политического значения бедноты, поскольку матросам и кормчим не надо было иметь тяжелого вооружения, и они вербовались из широких слоев населения.

Тем не менее на морскую программу Фемистокла пришлось пойти и его противникам, так как нельзя было мириться с таким положением, когда Эгина, постоянный соперник Афин, за-

лета и Самоса, ством Греции.

крывающая им выход в открытое море, имела лучший и более современный флот, чем Афины; в это время, с падением Ми-Эгина стала силвнейшим морским государ-

борвбы с Эгиной явилосв то, персам. По наущению Афин вождь Эллады, в лице царя

Прекрасным предлогом для что она дала «землю и воду Спарта, как общепризнанный Клеомена из династии Агиадов требует от эгинцев, чтобы они дали заложников афинянам в обеспечение того, что Эгина не станет на сторону персов в случае нашествия последних. Правда, второй спартанский царь Еврипонтид Дамарат, следуя традиционной политике своего дома, не пожелал содействовать ослаблению аристократической Эгины и усилению демократических Афин; однако он был, по принятому в Спарте трафарету, удален с престола как незаконнорожденный и бежал к персам, после чего эгинцы были вынуждены дать афинянам заложников.

В 490 г. большой флот, перевозивший персидское войско, двинулся из Малой Азии под начальством Датиса и Арта-ферна, племянника Дария. Флот поплыл прямым путем вдоль островов. Прежде всего персы высадились на Наксосе, на единственном острове, оставшемся еще не покоренным Персией. Однако большая часть населения бежала в горы; персам пришлось удовольствоваться сожжением города и порабощением случайно оставшихся жителей. Затем персы пристали к Делосу, главному центру ионян, совершили здесь жертвоприношение и, продемонстрировав перед греками свое благоговение перед греческими богами и уважение к жителям священного острова, поплыли к Евбее. Афинские колонисты из Хал-киды бежали в Аттику; Эретрия была сожжена, а жители ее обращены в рабство. Затем персидский флот переправился в Аттику, и персы высадились близ Марафона в месте, наиболее удобном для маневрирования персидской конницы. Персы привезли с собой Гиппия, который, по тайному соглашению с оставшимися в городе Писистратидами и Алкмеонидами, должен был стать правителем в Афинах. К афинянам пришли на помощь только ближайшие соседи и друзья — платейцы. Был послан гонец и в Спарту с просьбой о помощи. Но спартанцы, следуя своему постоянному обычаю, сослались на религиозный предрассудок, мешавший им якобы выступить до наступления полнолуния, и поэтому пришли в Марафон, когда здесь все уже было кончено.

Афинское войско двинулось в Марафон. Ужас перед нашествием варваров был так велик, что афиняне включили в состав армии даже рабов, которым для этого была дарована свобода, а в случае победы, по-видимому, были обещаны гражданские права: это видно из того, что после победы павшие воины-рабы были похоронены на государственный счет

вместе с платейскими союзниками. Афиняне не могли выступить против персов на открытой равнине, где те расположились, так как у персов была прекрасная конница. Поэтому они сосредоточили свои силы в узкой теснине, недоступной для конницы, и ждали наступления врага. Но и персы не собирались наступать. В городе в это время шла партийная борьба, и персы ждали, пока их сторонники, Писистратиды и Алкмео-ниды, подготовят в городе переворот и подадут им условный знак щитом, чтобы они выступили из Марафона в Афины.