Он еще раньше почувствовал смутный страх Раля перед электрическими импульсами, исходящими от генератора; теперь он понял, почему Раль отказывается поглощать эти импульсы.

Во-первых, они слишком сильны для недостаточно развитого тела существа.

Во-вторых, они несвободны. Когда Береннер двигает рычажок, сила тока изменяется, но эти импульсы возникают в результате механического взаимодействия, а не химической реакции, как импульсы Бреннера и Раля. Импульсы генератора не возникают из-за конкретных действий в конкретное время, но поступают постоянным, сильным, стабильным потоком, который нельзя переделать в мыслеформы и приспособить к Ралю.

И это подсказало Бреннеру, как остановить чужака.

Ощупью он добрался до медицинского кабинета и нащупал бутылку с морфином; осторожно отмерил необходимое количество и поставил на столе прибор управления генератором.

Затем Бреннер начал замедлять генератор. Свет потускнел, становясь слабее и слабее...

Он знал, что Раль ждет его, желая поглотить последний слабый импульс тела человека; а еще он знал, что Раль автоматически поглотит любой электрический импульс, совпадающий по частоте с импульсом Бреннера, не обращая внимания на то, что этот импульс пойдет от генератора, а не от человека, потому что голод, сжигающий Раля, сделал его менее разборчивым и осторожным.

Бреннер продолжал понижать силу тока. Он знал, что Раль не обманется, если обнаружит на одном уровне два разных импульса. В этом случае Раль, несомненно, поглотит. Поэтому Бреннер должен уменьшить свой импульс. Он должен сделать его как можно слабее, чтобы только билось сердце.

Он налил в стакан воды и добавил туда морфина.

Вязкий туман начал застилать мысли, а он все уменьшал и уменьшал силу тока...

Раль почувствовал толчок в большом импульсе; он следил, как тот ослабевает, пока не достиг уровня другого импульса. Подождите! А где же другой импульс?

Мыслеформы Раля замерли в недоумении. Этот импульс был единственным на частоте чужака. На мгновение Раль задумался: если это единственный импульс на искомом уровне, значит, это просто совпали импульсы обоих существ. Да, так и есть.

Он исследовал импульс – и его кристаллическая оболочка вздрогнула от удивления. Чужая частота, которую он подстраивал под свою собственную с помощью иллюзий, исходила от этого импульса. Он может поглотить его, когда захочет. Правда, он ощущал в нем что-то знакомо отвратительное, но был голоден, и...

После короткого колебания Раль открыл свои электронные челюсти во всю ширину и жадно сомкнул их на импульсе.

Он слишком поздно понял свою ошибку. Его слабые блоки не могли противостоять постоянному не химически созданному потоку электричества из генератора. Все больше и больше энергии вливалось в его тело, и он не мог переварить эти потоки стабильного электричества, медленно изменяющие его собственную форму, превращающие его в застывший, стабильный, несвободный шаблон постоянной сытости.

Его кристаллоидные челюсти широко открылись. Раль дрейфовал в черной пустоте космоса, потеряв способность двигаться, неспособный перестроиться в новые мыслеформы и, следовательно, неспособный думать. Постоянный поток электричества все вливался в его тело...

Постепенно действие морфина ослабло, и туман в мозгу Бреннера рассеялся. Когда к нему вернулась способность мыслить, он понял, что его план сработал и чужак исчез. И Бреннер был просто счастлив, что чудовище умерло и он был спасен, только это сейчас и имело значение.

Конечно, он не мог ни видеть, ни слышать, ни чувствовать неподвижный кристаллоид за бортом. Но он знал, что это создание там. Он ощущал это.

Он ощущал это, потому что его прежняя неупорядоченная центральная система, говоря языком Раля, медленно перестроилась в нечто, очень похожее на систему пришельца, дав ему способность ощущать другие импульсы и объекты. Теперь Бреннеру не нужны были ни осязание, ни зрение, ни слух, ни обоняние, ни чувство вкуса.

Он добрался до носового отсека, мысленно представляя свой путь. Он вернется на Базу... он найдет дорогу туда, как только окажется достаточно близко. Он вернется на Базу, потому что, естественно, его основная мыслеформа стала идентичной системе чужака. И Бреннер ощутил голод. Он знал, что найдет пищу на Базе.

Пища. Он представил Хейла и других людей на станции.

Пища. Его каннибальская система зашлась в экстазе от одной мысли о таком обилии пищи.

Он запустил атомный генератор и развернул корабль.

ВХОДНАЯ ПЛАТА

Когда смотришь из купола, ночное небо удивительно красиво, если не считать уродливых глыб Деймоса и Фобоса. Но совсем другое дело, если вы оказались снаружи, решив, например, прогуляться до космодрома.

За узкой ограничительной полосой вокруг купола пустынная земля так же холодна и неприступна, как до высадки землян на Марс. Отсюда небо кажется кроваво-красным и безумным. Сразу возникает желание оказаться внутри, хотя бы под защитой тонкой оболочки из прозрачного пластика.