Читаем Лука Витиелло полностью

Ария опустила глаза и потеребила свое обручальное кольцо. Мне очень хотелось, чтобы она хотя бы посмотрела на меня, чтобы попытаться понять ее эмоции.

– Что касается Маттео, тебе не о чем беспокоиться. Он привык заходить ко мне в любое время, но теперь, когда я женат, все изменится. Все равно делами мы в основном занимаемся не дома.

Мы с Маттео пока не обсуждали этот вопрос, но, учитывая, что иногда Ария будет разгуливать по квартире в чем мать родила, я бы не хотел, чтобы брат появлялся у меня без предупреждения.

Лифт, звякнув, остановился, и двери разошлись. Ария застыла и со вздохом последовала за мной в мою квартиру… вернее, с этого момента нашу квартиру.

Так странно было впускать женщину в мою холостяцкую берлогу! В данном контексте моя домработница Марианна не в счёт, потому что работает на меня. Я никогда не водил к себе ни любовниц, ни одноразовых партнёрш, и даже Нина была у меня в доме только раз – когда приходила вместе с отцом. Теперь это будет дом Арии, не только мой.

Глядя на то, как она озирается в пентхаусе, до меня вдруг дошло, почему она так напряжена. Ария не выбирала эту квартиру, впрочем, как и меня в качестве своего мужа, но с этого момента ей придётся называть апартаменты своим домом.

Я задался вопросом, понравится ли ей здесь. У меня никаких украшательств, нежных оттенков, декоративных подушечек и мягких ковров. Я просил дизайнеров создать функциональный и современный интерьер в серых, белых и чёрных тонах. Яркими акцентами выделялись картины современной живописи на стенах… и теперь ещё Ария.

Она подошла к французским окнам. В оранжевом платье с длинными светлыми волосами в моей монохромной квартире она, безусловно, стала центром внимания. Не знаю точно, сколько времени я так стоял и пялился на неё, прежде чем сказал:

– Твои вещи в спальне наверху. Марианна подумала, что ты сама захочешь их распаковать, потому оставила в чемоданах. – Ее семья ещё несколько дней назад прислала в Нью-Йорк ее вещи.

– Кто такая Марианна? – не поворачиваясь, спросила Ария. Я подошёл к ней сзади, и наши взгляды встретились в отражении окна.

Сейчас ее лицо ничего не выражало, трудно было понять, о чем она думает.

– Она моя домработница. Бывает здесь пару дней в неделю.

– Сколько ей лет? – спросила Ария как можно непринужденнее, но нежный румянец, поползший вверх по шее, выдавал подоплёку вопроса.

– Ревнуешь? – поинтересовался я. Я положил руки на ее бедра, и она, уже как водится, одеревенела на секунду, но быстро справилась с собой. Я изо всех сил старался обращаться с ней как можно бережнее, но она вела себя так, будто я издевался над ней. У меня возникло отвратительное чувство, что сейчас я как никогда похож на собственного отца.

Ария вывернулась из моих рук и отошла к двери. Когда вновь посмотрела мне в глаза, выражение ее лица снова стало совершенно бесстрастным, и мне это не понравилось.

– Можно мне выйти туда?

– Это и твой дом тоже! – рявкнул я, пытаясь справиться с клокочущей в груди тьмой, просящейся вырваться наружу.

Ария вышла на террасу и подошла к ограждению. Я пошёл за ней по пятам, внезапно заподозрив, какие у неё мотивы.

– Ты же не думаешь о том, чтобы прыгнуть, да? – спросил, облокотившись рядом с ней на перила. Что, если Ария предпочтет умереть, чем жить со мной? Эта мысль была как удар в живот. Когда-то моя мать выбрала смерть вместо жизни с моим отцом, а в конечном итоге бросила меня и Маттео.

Ария нахмурилась и посмотрела на меня снизу вверх.

– С какой стати мне себя убивать?

– Некоторые женщины в нашем мире видят в этом единственный способ обрести свободу. Этот брак – твоя тюрьма.

Она понимала это так же хорошо, как и я. Нет смысла врать самим себе.

– Я бы не поступила так со своей семьей. Лили, Фаби и Джианна будут убиты горем.

Конечно, так и будет, и, разумеется, Ария прежде всего беспокоится о них. Я не забыл, как она страдала, прощаясь с ними.

– Давай вернёмся внутрь, – желая поскорее сменить тему, предложил я. Подталкивая в спину, проводил Арию обратно в комнату. Мне хотелось прикасаться к ней, ничего не мог с собой поделать, даже понимая, что это ее нервирует. Меня ее реакция, конечно, тоже злила.

– У меня через полчаса назначена встреча, но через пару часов я вернусь. И я бы хотел пригласить тебя на ужин в мой любимый ресторан.

– Оу, – удивилась Ария, широко распахнув глаза. – Что-то типа свидания?

Я сам себя удивил этим предложением. Решение пришло спонтанно. Мне хотелось показать Арии, что жизнь в Нью-Йорке не будет так беспросветна, как ей, возможно, представлялось.

– Можно и так сказать. Мы с тобой ещё не были на настоящем свидании, – согласился я, притягивая ее к себе. Ария опять оцепенела.

– Когда ты перестанешь меня бояться? – тихо спросил я. Моя персона всем внушала страх, за исключением Маттео и Ромеро.

Ария прикусила нижнюю губу.

– Ты не хочешь, чтобы я тебя боялась?

– Ты моя жена. Мы проведём всю жизнь вместе. Я не хочу, чтобы рядом была дрожащая от страха женщина.

Кажется, Ария немного расслабилась, и робкая улыбка заиграла на ее губах.

– А есть люди, которые тебя не боятся?