Читаем Ловцы человеков полностью

Понеслось… – вспоминал Антон это слово каждое утро, когда с испугом глядел на удвоившуюся за ночь цифру, обозначающую количество человек, которые сейчас просматривают сайт. Стараясь понять, откуда берется такой рост, он опять же с испугом обнаружил, что слишком точно попал в ту точку, в которую целился. Когда он говорил пару месяцев назад о том, что неплохо бы создать этакую карманную «он-лайн-религию», он даже не предполагал, насколько жизнеспособным окажется это детище. Оно не просто росло, подкармливаясь не только от рук создателя, но и на стороне, а множилось, как вирус, который, внедрившись в обычную клетку, выбрасывал из нее десятки своих копий. То, что он выставлял на сайт – слова Игоря и фрагменты его общения с людьми – было уже лишь частью того, что несло вперед весть и появлении нового Света.

Антон как-то подумал: вот отчего некоторые тоталитарные секты доходили до массового убийства своих членов, а сплотившиеся вокруг диковатого вещателя общины бежали в леса. Дело в том, что, не имея такого вот свободного странствия своей идеи в мире людей, эти микроучителя старались вгрызться намертво в тот людской материал, которым кое-как завладели.

Видать, идейки у вас такие – не свободные, а то бы тоже порхали бабочками. Возомнили ваши клиенты себя мотыльками, на свет души пророка летящими, да крылышки опалили… – сделал Антон вывод.

– Нам-то что со всем этим делать? – поделился он своими страхами с Владимиром. Тот всегда отвечал просто: «Стричь бабки»! Но тут смутился.

– Наши туры по городам и весям весной будут или триумфом…. – настороженно поднял глаза он на Антона.

– Или?

– Или… Или мы никуда не поедем, – грустно произнес Владимир, еще сильнее усугубив испуг Антона. Почему «не поедем», Антон спрашивать не стал.

– Но ты представь, какие толпы народа будут скоро сюда заявляться и стоять вокруг домика днем и ночью! – убеждал Антон. – Наш адрес уже тьма народа выложила в открытый доступ, это не как раньше, когда его мельком в разговорчиках нашептывали друг другу!

– Раз уж мы решили, что плывем по течению, держась за полы белых одежд дарующего Свет, то так и будем делать, – возразил Владимир, напомнив подобный разговор о перспективах. – Ты хочешь сказать, что мы будем как-то тормозить то, что нарабатывается, заметь, не нашим талантом или там божественным даром? Да ты еще недавно жаловался на то, что про Свет нового Пришествия не кричат на всех телеканалах! Ну, придут толпы – будем действовать исходя из ситуации. Мы же все равно планировали перейти потом на работу с толпами путем гастрольных туров по стране, или не так? Я к этому готовлюсь, в крайнем случае, придется срываться с этого места раньше, чем планировали.

– Срываться с места? А с чего ты взял, что Игорь готов вот сейчас выйти на сцену и ошарашить толпу проповедью? И что, возьмешь и скажешь ему: теперь изволь работать по-другому?

– Н-да, как бы резко у разбитого корыта не остаться… – согласился Владимир.

– А когда народ будет стоять в очереди на прием с утра и до следующего утра, чтобы каждому выдали чудо, не боишься корыто разбить? Надорвешь золотую-то рыбку.

– Тоже боюсь.

– Но это, в принципе, совсем и не главная беда, – произнес, в конце концов, Антон, приоткрывая то, что внушало ему испуг больше всего. – Мы тут ведь никому ничего плохого не внушаем, ничего не нарушаем. А что полюбил сильно мои труды народ – так если он и повалит сюда излишней массой по этой причине, так, надеюсь, не для того, чтобы мой светлый лик затмить гематомами да власы проредить. Так что по ситуации всегда можно было бы разобраться.

– Ну, так чего еще?

– А ты посмотри, о чем приходят мне материалы, которые нас касаются. Они почти все о тех, кто здесь побывал, в основном о не таких уж и серых и неприметных в стране личностях. Видишь ли, после испытанного просветления они стали еще примечательнее, да вот только с другой стороны!

И Антон показал Владимиру ряд присланных или найденных им самим сообщений и видео-фотоматериалов о том, как поменялась чья-то жизнь после произошедшей около этого домика беседы.

– Вот, пожалуйста, жил-был популярный сатирик, имел кучу бабла за все свои смешливые проекты. И жилось ему неплохо, и рот у него в зомбоящике всегда до ушей был, как у крола, которому уши узлом связали и на роже нехватка кожи образовалась. И вот поди ж ты – взял да и разогнал всех своих присмешников из «Театра придурков», бросил хихикать и совсем не смешным челом стал. Не желаю, говорит, быть кривым зеркалом этого мира! Если, говорит, Бог и создает такие кривые зеркала, то только для того, чтобы у людей появилось желание их разбить. О как толкует! И не хихикнет даже, – начал листать примеры Антон.

– Погоди. Я когда тебя слушаю, всегда удивляюсь, как ты можешь при твоей-то манере говорения вот так излагать сказанное Игорем. Посмотри сам, все-таки пробирает тех, кто читает. А кажется, тебе бы только на конкурс матерных частушек сочинения слать, – удивленно посмотрел на него Владимир.