Читаем Ловкая страсть полностью

— Нам надо его опередить. Займись этим вопросом.

— Хорошо, я сейчас же подключу своих людей.

— Серафима Петровна, не надо людей. Старик приказал, чтобы ты занялась этим лично.

— Лично я? Значит, тут что-то личное… извини за каламбур. Алексей, может, сразу расскажешь?

— Я думаю, скоро сама все узнаешь…

Адвокат Марцевич вышел из здания следственного изолятора. У входа стояла плачущая худенькая девушка. Марцевич прошел мимо. Подойдя к машине, он оглянулся на девушку. Как бы то ни было, но если мужчина не импотент и не гомосексуалист, инстинкт не позволял ему пройти мимо Даши. Притягательная сила в сочетании с красотой и харизмой действовала безотказно. Марцевич несколько секунд оценивающе смотрел на нее. Потом быстрым шагом подошел и остановился около Даши. Она, почувствовав, что кто-то находится рядом, повернулась к адвокату и грустными заплаканными глазами посмотрела на него. Тот спросил:

— А кто это тут плачет такой хорошенький? Что у нас случилось?

— К брату не пускают. Свиданки не дают!

— Причину сказали?

— Плохо себя ведет.

Даша продолжила плакать. Марцевич приобнял ее.

— Ну не надо, не надо. Что-нибудь придумаем.

— Правда? А когда?

— Сегодня я спешу, а завтра с утра все узнаю.

— Спасибо.

— Пойдемте, я отвезу вас домой, только не плачьте.

— Вы же спешите.

— Ну не до такой степени. Пойдемте к машине.

— Спасибо.

— Да не за что. В этом и заключается моя работа — людям помогать.

— Вы адвокат?

— В самую точку.

— Вы же помогаете только за деньги.

— Милая моя, как вас зовут?

— Даша.

— Даша, а меня Миша, с вас я не возьму ни копейки. Ангелы обслуживаются бесплатно.

— Правда?

— Правда. И без очереди. Как ветераны, — улыбнулся адвокат.

Они подошли к «Ленд Крузеру» и сели в него. Первый этап операции «Адвокат» был завершен с оценкой «отлично».

Сима вышла из черного входа телестудии на безлюдную улицу и огляделась по сторонам. Она подошла к коробкам, в которые прыгнула Вита, и покачала головой; потом она прошла вперед и заметила на тыльной стороне офисного здания камеру видеонаблюдения. Она обошла здание и зашла внутрь.

В это время во дворе соседнего с бизнес-центром жилого дома майор Мишин беседовал с дворником-узбеком. Дворник эмоционально рассказывал:

— Прыгнуль, да, прямо с четвертый этажа. И не разбился. Сел в машину и поехаль.

— Сел за руль? — уточнил Мишин.

— Нет. Рядом.

— Что за машина?

— Серая.

— А марку машины запомнили?

— Не сильно разбираюсь. Знаю, что «Мерседес» это такая большая. А это какая-то наша, то есть ваша.

— Отечественная? Понятно, уже кое-что. А номер вы, конечно, не запомнили?

— Нет, не запомниль.

— Очень жаль.

— Я записаль.

— Блин! Ты издеваешься?

— Нет, что вы!

— Показывай уже!

Дворник достал из кармана оранжевой куртки бумажку и отдал ее Мишину. Тот взглянул на запись, потом достал мобильник и набрал номер.

— Спасибо, Булат Магомедович, вы очень помогли, — сказал Илья и отошел в сторону.

— Не за что, — ответил дворник и пошел по своим делам.

— Але, Боря, пробей номерок, — сказал в мобильник Мишин.

Сима вышла из офисного здания и пошла обратно к телецентру. Обойдя быстрым шагом здание, она направилась в сторону, куда уехала машина Никиты. В это время Мишин подошел ко входу в офисное здание, откуда минуту назад вышла Сима. Через двадцать минут быстрой ходьбы Сима подошла ко двору отремонтированного дома, в который несколько часов назад въехала машина Никиты. Вытащив универсальную «таблетку», Сима открыла калитку и вошла внутрь двора. Ровно в это же время из офисного здания вышел Мишин. У него был крайне задумчивый вид. В кармане зазвонил телефон. Он вытащил мобильник и нажал на зеленую клавишу.

— Слушаю! Ага, ага. Вот как. Такого номера не существует? Понятно. Спасибо.

Мишин убрал телефон и быстро направился в ту сторону, куда двадцать минут назад пошла Сима.

По Литейному проспекту не торопясь ехал «Ленд Крузер» адвоката Марцевича. Впрочем, торопиться особо он бы и не смог — на проспекте было довольно плотное движение. Поэтому Никите и Стелле, сидящим в автомобиле, едущем за «Ленд Крузером», было несложно не выпускать его из виду. Марцевич периодически поглядывал на Дашу и задавал ей вопросы.

— Ну, а муж у вас есть?

— Кого нет, того нет.

— Вот объясните мне, как вы, Дашенька, с вашей красотой — и до сих пор не замужем?

— Ну, во-первых, я была замужем, а во-вторых, мне и так нравится.

— В смысле? Нравится быть одной?

— Да. Никому готовить и стирать не нужно. Спокойно сплю, никто рядом не храпит. Я уже не говорю про свободу.

Марцевич засмеялся, и делал он это громко и долго. Дашу его постоянный смех начинал раздражать. Впрочем, виду она не подала и продолжала беседу:

— А свобода, как говорил Эзоп, — это осознанная необходимость.

— Потрясающе! — воскликнул адвокат. — Знаете что, Даша?

— Что?

— А не сходить ли нам вечером в ресторан? Я знаю местечко, где вкуснейшие свежие устрицы.

— Ой, фу, гадость какая.

— По правде говоря, я их тоже недолюбливаю. Просто захотелось повыпендриваться.

Теперь рассмеялась Даша.

— Потрясающе! Знаете что, Миша?

— Что?

— Я сейчас есть хочу, а не вечером.

— Дашенька, у меня столько дел.

— Вам что, нужно срочно в суд, кого-то защищать?