- Это была какая-то вещь, а не человек. Провода были порваны и больше никаких следов доктора.

- Что они обнаружили помимо этого?

Кзернак принялся расхаживать по комнате.

- Дежурные позвонили мне, и я приехал. Они ничего не трогали. Там была сумка, длинная деревянная жердь с железным набалдашником и крысиная клетка. Крысы разбежались.

- Было еще что-то в клетке?

- Слушай, Уэлби, про клетку. Там было нечто скрученное. Я клянусь, что вначале там не было ничего. Дежурные тоже ничего не заметили. Сначала я предположил, что доктор удалился через черный ход, но дверь опечатана. Никто ее не открывал. Я стоял в центре зала и услышал шум, похожий на звук пробки, вылетевшей из бутылки. Я повернулся: там была только клетка.

- Она была пуста?

- Несколько кусочков стекла в гипосульфите.

- Разбилась бутыль?

- На мелкие кусочки.

- Дверь клетки была открыта?

Кзернак уставился на стену.

- Нет, не могу в это поверить.

- Клетка была та же самая?

- Разумеется, справа от тех проводков.

- И провода были порваны?

- Да... Минутку. Когда я повернулся, то мне показалось, что я увидел ИХ.

Льюис вздохнул.

- Я сейчас отдам распоряжение и вызову доктора. Ты должен знать ответы на все эти вопросы.

- Он сдал вступительный экзамен, - ответил Льюис, - и мы все помолимся, чтобы его приняли.

Семенной фонд

Когда солнце коснулось края фиолетового океана, повиснув над огромным оранжевым шаром - при этом оно заметно превосходило по размерам солнце Матери-Земли, которую он часто вспоминал с ностальгией, - Краудар повел своих рыбаков обратно в гавань.

Коротышка Краудар был с виду тяжеловесным мужчиной, но под парусиновой одеждой тело его было такое же худое, как и у любого другого моряка, одни кости и упругие мышцы. Как сказали ему врачи, он страдал проклятием этой планеты - специфической местной болезнью, названной "бременем тела", вызывающейся какими-то неуловимыми изменениями в химии, силе тяжести, продолжительности суточного цикла и даже отсутствием лунных приливов и отливов.

Краудар не обрезал свои желтые волосы - это была единственная привлекательная черта в его облике; они были перехвачены над широким низким лбом красной повязкой; глубоко посаженные глаза были светло-голубыми; кривой нос был сплюснут; толстые губы прикрывали огромные неровные желтые зубы, а массивный подбородок переходил в короткую жилистую шею.

Глядя то на паруса, то на берег, Краудар босой ногой шевелил рулевое весло.

Весь день они продрейфовали в прибрежном течении, забрасывая сети в поисках креветок троди, которые служили основным источником белка для колонии. У колонистов было девять лодок, и моряки во всех лодках молчали, вялые от усталости, закрыв глаза или глядя открытыми в никуда.

Вечерний ветерок рябил темные воды гавани, шевелил мокрые от пота желтые волосы на шее Краудара, надувал паруса лодок, пока последним оставшимся дуновением не подогнал их к берегу.

И только тогда люди задвигались. Паруса со стуком и шорохом поползли вниз. Все вымотались, и потому каждое действие люди выполняли с максимальной экономией сил.

Троди водились здесь, в этом течении, в огромном количестве, и Краудар загнал рыбаков до упаду. Хотя особо никого не нужно было подгонять. Все понимали необходимость этого. Местонахождение стай креветок и направление их передвижения как следует проконтролировать не представлялось возможным. В кажущейся регулярности происходивших на этой планете вещей зияли странные провалы и бреши. Троди могли исчезнуть в любой момент, уплыв в какое-то неизвестное место - что, как уже убеждались люди раньше, часто происходило в прошлом.

Тогда колония страдала от голода, и дети плакали, требуя пищу, но приходилось выдавать ее строго ограниченными пайками. Люди редко обсуждали это, но каждое их движение несло в себе отпечаток невеселых мыслей.

"Уже больше трех лет мы здесь, - подумал Краудар, перебрасывая через плечо мокрую сумку с троди и устало ступая по песку. Он направлялся через пляж к сараям, где находились склады и где рыба проходила переработку". Уже больше трех лет прошло с тех пор, как их корабль совершил посадку на этой планете.

Корабль этот был задуман, как самый настоящий ковчег, со специально отобранными для путешествия людьми, домашними животными, был снабжен всем необходимым и послан для заселения этой далекой планеты. Корабль был предназначен для путешествия в один конец, после чего его разбирали, чтобы затем каждую секцию использовать в дальнейшем для нужд колонии.

Но почему-то уже довольно скоро всех этих необходимых вещей стало не хватать, и колонистам пришлось проявлять собственную изобретательность для создания новых инструментов из всего, что имелось под рукой. Краудар понимал, что они еще не прижились здесь по-настоящему. Прошло три года равнявшиеся пяти земным годам - а они по-прежнему балансируют на грани вымирания, пленники этой планеты. Да, они пленники. Корабль никогда не восстановить. И даже если бы свершилось это чудо, то все равно, где они возьмут для него топливо.

Колония была предоставлена самой себе, "здесь".