— Именно. Следующей ночью они уже нанесут удар. И он будет страшен, несмотря на недостаток оружия, потерянного на поле боя. Они компенсируют его натиском. А «крысы» это умеют. Ты уж мне поверь…

— Верю, — взглянув на Эрика, кивнула Элен.

20

Вертолет «пчела» приземлился возле сто семьдесят девятого модуля, и навстречу парочке вышел Антон Николаевич.

— Ну здорово, парень! Рад тебя видеть.

— И я рад вас видеть.

— А это…

— Элен Таманцева, — представилась девушка, до того как Эрик успел открыть рот.

— Прекрасно. Пилот нам нужен как воздух… точнее, как вода.

— Кстати, как с водой? — спросил Эрик.

— Полный порядок! Мы протянули трубы до самой речушки, что течет в каньоне. Даже правильнее сказать, до ручья, но тем не менее его при экономном использовании должно всем хватить. Не пересохнет, когда к ручью припадет испить сразу почти миллион глоток.

— Вопрос только в том: не пересохнет ли он с началом настоящего лета?

— Вот тут уже ничего определенного сказать не могу, — нахмурился Ремезов. — Этим занимаются специалисты. Но мы рассматриваем возможность создания внутренних запасов совсем уж на крайний случай.

— Отрадно…

— Ну а пока самый крайний случай не наступил, и с водоснабжением все обстоит благополучно, для таких героев, как вы, я могу даже обеспечить легкий освежающий душ!

— Это, конечно, прекрасно, но пока не стоит так разбазаривать воду. Хватит и мокрых полотенец, — сказал Махов.

— Да, так будет правильнее, — согласился Ремезов.

— А я бы не отказалась от душа…

— Как я сказал: для вас что угодно! Моя жена проводит тебя к кабинке и покажет, что да как. Маргарита! — позвал Ремезов свою жену. — Проводи девушку в душ!

— Идем… — призывно махнула рукой женщина.

— Спасибо! — поблагодарила Элен и убежала к модулю.

— Ну а мы поговорим, — согнав с лица радостное выражение, сказал Антон Николаевич.

— Да… тем более что есть о чем, — согласился Махов.

Он более подробно рассказал Ремезову все, что видел на территории «крыс», и о безвыходном положении «крыс» в сто восемьдесят первом модуле, о том, что, по его мнению, они предпримут для выживания.

— Положение действительно аховое, — согласился Антон Николаевич. — Остальные «крысы» еще долго будут заняты друг другом и потеряют еще не одну тысячу своих бойцов в междоусобных схватках, но вот эти из сто восемьдесят первого действительно буром попрут на нас. Другой возможности собственного спасения у них нет.

— Нужно выдвигаться на помощь к соседям и отбить атаку.

— Не пойдут… — горько усмехнулся Антон Николаевич. — Ты даже не представляешь, как трудно управлять штатскими раздолбаями… Все-то они оспаривают, на все-то у них есть собственное мнение…

— Потому ни один генерал в прошлом, который пришел к власти силой ли оружия, став диктатором, или даже демократическим путем, решив, что государством управлять не тяжелее, чем бригадой, не продержался у власти слишком долго. А если и продержался за счет своих штыков, то был люто ненавидим народом.

— Тут ты прав. Но беда в том, что для общего спасения я даже не могу стать таким диктатором, у меня нет этих верных штыков, готовых выполнить любой мой приказ. Все, кто вооружен, те же штатские, без понятия о дисциплине. Если им что-то не понравится, они тут же взбунтуются. Такие пироги, камрад.

— Надо рассказать им, что произошло в стане «крыс», и описать перспективы, которые нас ожидают в ближайшем будущем, в случае если мы не поможем соседям, — настаивал Эрик.

— Давай попробуем сагитировать… но я тебя предупредил.

Ремезов не стал тянуть, решив провести собрание на открытом воздухе, для того чтобы иметь возможность пообщаться сразу со всеми обитателями модуля, видеть их всех и чтобы они видели его. Так лучше устанавливается личная связь между оратором и слушателями, а это сейчас важнее всего, ведь нужно донести до сознания людей очень непростые вещи.

Люди собрались по выработанному для таких случаев условному сигналу автомобильного клаксона. Некоторые красноречиво поглядывали на восток, откуда вот-вот должно выглянуть солнце, напоминая тем самым, дескать, пора уже прятаться в модуле, а не митинги проводить.

— Благодарю, что собрались так скоро, — начал Ремезов, встав на ящик, дабы его все могли видеть, и он мог видеть настроение всех. — Это мой помощник Эрик Махов, как многие знают, он уезжал на разведку и вот только что вернулся, не с пустыми руками… Некоторые новости, которые доставил нам Эрик, рискуя своей жизнью, я посчитал необходимым довести до вас немедленно. А именно: среди «крыс» начались ожесточенные и кровопролитные сражения. Они начали захватывать друг у друга материальные ресурсы, которые и так ограничены и невосполнимы.

Народ гулко зашумел, переглядываясь между собой и комментируя услышанное.

— С одной стороны, это хорошо, чем меньше «крыс», тем лучше…

Толпа невнятно посмеялась.