— Ладно, пошли дальше охотиться.

— Пошли. Мне не терпится подстрелить ту тварь, что по спине у меня, как по бульвару, гуляла!

— Как же ты ее узнаешь? — со смехом спросил Табун. — Они ж все одинаковые!

— Узнаю… будь уверен, — убежденно ответил Эрик, целясь из уже своей собственной рогатки в очередную крысу.

Охота подошла к концу, и у каждого на поясе висело по пять крысиных тушек. Теперь их надо быстро освежевать. Для чего они отправились на более сухое место, не такое, как здесь, где повсюду грязная вонючая вода.

— Твою мать… — прошептал Табун, поворачивая в очередной перекресток.

— Чтоб их… — поддакнул Эрик со смесью разочарования, досады и страха.

Прямо перед ними в десяти-пятнадцати шагах находились «крысоловы». Фонарики у них были отключены и двигались они в темноте, ориентируясь при помощи очков ночного видения.

«Наверное, их новая тактика, — пронеслась в голове Эрика мысль. — Сначала идут с фонариками, обозначив себя, а потом возвращаются вот так, с ночниками».

Казалось, что и полицейские были не готовы к тому, что прямо перед ними, словно из-под земли, быстро возникнет парочка «крыс».

«Крысы» сориентировались первыми.

— Живот, шухер! — выкрикнул Табун.

— Стоять!!!

Но напарники уже рванули назад, на ходу отстегивая ремни с добычей, чтобы ничего не мешало бегу, ведь вес одной крысы достигал полкилограмма. И каково, если их на поясе целых пять штук?

— Направо! — указывал Табун направление движения. — Налево!

И так несколько раз. Полицейские бежали очень резво, но, видимо, их что-то сковывало. Может быть, численность, а может быть, тяжелая амуниция и боязнь свалиться в воду, поскользнувшись на скользком от какой-то слизи бетоне. Как бы то ни было, они не успевали. А когда приближались достаточно близко, то открывали огонь из своих автоматов с электрическими пулями, генерирующих при ударе разряд тока, способный свалить лошадь, не то что человека. Но «крысы» успевали проскочить в очередной поворот, и вспышки голубоватого света сверкали у них за спинами.

— Налево! — в очередной раз крикнул Табун, и Эрик было повиновался, но напарник вдруг толкнул его в противоположную сторону.

Эта уловка дала еще несколько драгоценных секунд, прежде чем полицейские поняли, что купились на направляющий крик «крысы», оказавшийся обманным.

— Куда мы бежим?

— Здесь будет технологическая труба, в ней мы сможем оторваться!

Напарники пробежали еще метров сто.

— Давай сюда! — Табун открыл какую-то крышку в стенке.

— Сюда?! — не поверил Эрик. — Да мы ж тут не пролезем!

— Пролезем! Давай, не время спорить!

Эрик, понимая, что делать нечего, полез в трубу. Она оказалась такой узкой, что в самом широком месте зазор оставался настолько мал, что между плечом и стенкой едва прошел бы кулак, а ведь еще здесь проходили различные кабели, которые и без того усложняли продвижение — того и гляди запутаешься.

— Получите, твари! — услышал Эрик голос Табуна и понял, что тот отстреливается из рогатки.

— Табун!

— Уже иду…

И действительно напарник полез в трубу, а в нее с гулким звуком ударилось несколько пуль. Табун даже умудрился закрыть крышку, Эрику только оставалось гадать, как он это сделал.

— Пошевеливай задницей, Живот! А то они сейчас наши седалищные части тела в отбивную превратят!

Эрик заработал конечностями быстрее.

— Сейчас налево!

— Точно налево, а не как прошлый раз?

— Точно!

Махов свернул налево, вслед за ним прополз Табун. В начале трубы послышался скрежет, и Эрик понял, что полицейские открыли хитроумно забаррикадированную Табуном крышку трубы. В ту же секунду застучали выстрелы, и по трубе пронеслись рикошетившие пули, которые так и не достигли цели. Разрушаясь, они вырабатывали электрический разряд, который всполохами голубого света освещал внутреннее пространство.

— Оторвались…

— Точно? — не поверил Эрик.

— Точно. Но если будем и дальше сидеть, то они нам все выходы перекроют.

— Тогда чего мы сидим?

— Вот и я спрашиваю… чего сидим?

— Понял.

И Махов пополз дальше.

19

Напарники вернулись без добычи, но голодными не остались. С ними по-братски поделились другие «крысы», выслушав красочную историю Табуна. Все знали, что все, что он говорит, нужно делить на шестнадцать, но верили, тем более что рядом сидел второй непосредственный участник погони, который с небольшими корректировками, но подтвердил рассказ.

Прошло еще полнедели, и активность «крысоловов» заметно пошла на убыль. В галереях по всему городу не досчитались четырех десятков стай в полном составе. И почти половина потеряла от одного до пяти своих членов. В общем, «крысоловы» поохотились на славу, отловив от семисот до тысячи «крыс».

— Наверное, план по отлову за отчетный период выполнили и успокоились, — высказал, по мнению Эрика, здравую мысль Табун.