— Чист, — сказал Шульц, отходя от чуть не обделавшегося Махова.

Остальные согласно кивнули головами и разошлись по своим углам, словно ничего особенного и не произошло.

— Да что, черт возьми, происходит-то, объяснит мне кто-нибудь? За что вы меня чуть не убили и что означает этот долбаный «крот»?! — выпалил Эрик, почувствовав, что гроза миновала.

Он начинал медленно понимать, что ему устроили довольно жестокую проверку. Радовало во всем этом то, что он ее, по всей вероятности, прошел.

— Извини, парень… Как тебя зовут-то хоть?

— Эрик… Махов.

— Извини, Эрик, что помяли тебя немного, — снова извинился Шульц, вот только нот раскаяния Эрик в его голосе не уловил. — Все очень просто, мы тебя проверяли…

— Это я понял… вот только на предмет чего?

— «Крот» ты или нет.

Видя, что парень пока из-за пережитого шока не понимает, главарь терпеливо пояснил:

— «Крот» означает, что человек является полицейским агентом. Такой вот агент внедряется в «стаю» «крыс» и ее однажды ночью тихо накрывают. Уже несколько групп вот так пропало. Так исчезли группы Сломанного Клыка, Большого Носа, другие… впрочем, я вижу, что тебе эти имена ни о чем не говорят. Но это неважно. Теперь мы в каждом новичке видим «крота».

— Понятно. Это многое объясняет… — вздохнул Эрик, ощупывая бока, там все болело, но вроде ничего не сломано.

— Можешь считать это перерождением или посвящением в «крысы».

Эрик только хмыкнул, ощупывая распухшую губу.

— И как мне теперь быть?

— Решать тебе… — пожал плечами Шульц. — Можешь отправиться в свободное плавание и со временем, если раньше не попадешься копам или другим «крысам», стать «призраком»… впрочем, ты не выживешь в одиночку. Не приспособлен. Пока. Тебе тем более не жить, если встретишься с другим «призраком», что случится вероятнее всего. Но «крысы» «призраков» не любят, впрочем, как и чужих «крыс» на своей территории, за коего мы тебя поначалу и приняли.

— А-а… теперь я понял, почему вы спрашивали «чей ты».

— Ну да. Так вот, «призраков» немного, они довольно быстро умирают, либо от голода, либо вот так, как чуть было тебя не пришили. Но есть и такие, в нашем районе пара таких шастает, с которыми даже крупным стаям лучше не связываться, это настоящие машины для убийства, людоеды. Но ты на такого крутого «призрака» не потянешь.

— Не потяну, — сник Эрик, тем более что человечину ему точно жрать не улыбалось.

— Сначала их звали отшельниками, поскольку были довольно безобидными и сами никого не трогали, но потом с ними словно что-то стало происходить, и они становились все злее, все сильнее и скоро их стали опасаться.

— И как мне быть? — снова спросил Эрик, чувствуя, что уже боится этих «призраков».

— Я предлагаю тебе остаться с нами.

— И что в этом случае от меня требуется?

— Быстро схватываешь, парень, далеко пойдешь, — засмеялся Шульц, ему поддакнули остальные. — В данном случае с тебя взять нечего… Все твои платежные карточки заблокированы, так что ты их можешь смело выбросить. Будешь выходить с нами на охоту — и все будет тип-топ. Позже мы познакомим тебя с необходимыми правилами выживания, без которых тут никак, и все дела. А теперь давай поедим, а то разболтались, как на митинге…

В животе Эрика больно кольнуло и заурчало, да так громко, что это услышали почти все члены банды и засмеялись.

— Держи, Живот.

Шульц вытащил из своей сумки пластиковый брикет, в котором оказалась нарезанная колбаса, спертая «крысами» из какого-то магазина, и бросил его Эрику. Следом за колбасой прилетели кусок хлеба и маленькая пачка яблочного сока.

— Это все… — сказал Шульц.

Эрик тут же набросился на еду.

— Спасибо, — поблагодарил Махов с набитым ртом. — А что ты имел в виду под «животом»?

— Кликуху твою… И не глотай комками. Еды мало, сегодня охота получилась на редкость неудачной, копы, мать их… так что нужно тщательно пережевывать пищу, чтобы она полностью усвоилась. Это одно из важнейших правил выживания.

— Понял, — кивнул Эрик и стал тщательнее пережевывать откусанный кусок бутерброда, хотя давалось ему это с трудом.

12

Правил оказалось не так уж и много, по крайней мере их удалось легко запомнить. Они гласили: не ходить по одному; не высовываться наружу ближе чем за два квартала от места стоянки; не заходить на чужую территорию, а если уж очень нужно и обходными путями не пройти, то всеми возможными способами оповестить о своих намерениях хозяев территории.

— А как узнать, что ты уже на чужой территории, а не на своей? — спросил Эрик.

— По меткам.

— Каким?

— Ну например, наша территория обозначается кругом с включенным в него крестом. Все остальные — другие стаи. Обычно два знака соседствуют друг с другом, четко определяя границу владений. Но есть и нейтральные зоны.

— А как предупреждать других, что тебе нужно пройти по чужой территории?

— Вообще-то это не приветствуется в любом случае. Есть нейтральные коллекторы. Но если нет другого пути, и очень нужно, то следует идти, громко стукая по стенке коллектора каким-нибудь обрезком трубы, чтобы тебя заранее услышали.

— Понятно.

— Ладно, пора спать, — сказал Табун, увидев суровый взгляд Шульца. — Завтра много дел.