Читаем Лорим и Поль (СИ) полностью

«Мальчишки разводили костер и создавали вихрь времени». Поль создал пламя, но не обычное пламя, горело само время. И Поль шагнул в этот огонь. Затем начал доставать из глубин свою сокровенную суть и бросать в костер. В языках пламени разворачивались бессчетные варианты его будущего, реализовывались, сгорали. Это было больно, невыразимо больно сжигать свою душу на костре времен. Миллионы рождений и смертей, заключенных, переживаемых в одном бесконечном огненном мгновении.

Когда все в сущности обратилось в ничто, Поль не выдержал и закричал. А внутри уже распахнулась Бездна. И не осталось опоры, за которую можно было бы зацепиться, да и некому было цепляться. Поль исчез, будто его никогда и не было.

Лорим находился дома, когда раздался крик, пронзивший сознание Мира. Он кинулся, чтобы волей подхватить падающего в Бездну Поля. Его сознание оказалось пустым и уже почти полностью растворилось в Бездне, как крупинка сахара в соленом океане. Удерживая волей погасшее сознание мальчика, он побежал к его телу. Поль упал с камня и, разбросав ноги и руки, лежал на земле. По лбу, с выступившими капельками пота, ползла божья коровка, над правым глазом надувалась шишка. Лорим выпрямил его тело. Присел рядом, склонился над лицом и дунул на лоб сквозь сложенные и чуть разведенные ладони. Ничего не выражающие глаза открылись на расслабленном лице. В них сквозила пустота, вечная и бездонная.

— Прости меня, — сказал Лорим.

Но некому было услышать или ответить, только божья коровка расправила крылышки и улетела в небо. Он поднял мальчика на руки и понес в дом.

========== Часть 13 ==========

Поль стал, как новорожденный. Лорим кормил его, носил в туалет, что не всегда удавалось сделать вовремя, учил ходить. Функции тела восстанавливались быстро. Через месяц он уже бегал, но взгляд оставался пустым. Лорим прокачивал Поля сознанием и другими силами, учил говорить, заставлял делать упражнения. И одним зимним вечером Поль пробудился.

В тот вечер он сидел с Рауки перед камином. Рауки читал сказки. Поль заворожено смотрел в огонь и вдруг его глаза широко раскрылись. Он глубоко вдохнул и глянул на Рауки. Тот ощутил взгляд и посмотрел на мальчика.

— Не бойся, Рауки, твоя Дверь больше не откроется, если ты сам не захочешь этого.

«Вернулся», — подумал Рауки.

— Как ты себя чувствуешь?

— Как Бездна.

— Кто ты?

— Теперь я сын и ученик Лорима.

— Ты думаешь, что сможешь помочь ему?

— Да. Но сначала мне надо съездить в Тигрэ. Баба Риня умерла.

— Откуда ты знаешь?

— Я просто знаю и моим друзьям плохо.

— Ты дождешься Лорима? Он вернется завтра к обеду.

— Нет, — сказал Поль, а потом словно к чему-то прислушался. — Да, дождусь. Пойдем, Рауки, позанимаемся.

Они сделали комплекс упражнений и сели друг напротив друга.

— Когда придет Никитка, не будь с ним холоден, подари хоть немного любви, — Рауки смотрел на Поля и не знал, что сказать. — Скоро узнаешь, способен ли ты быть другом… и родным человеком. Смерть заставит многих сделать выбор и честно посмотреть себе в глаза.

— Ты вернулся другим…

— У нас слишком мало осталось времени…

Лорим пришел около десяти часов. Поль выбежал навстречу.

— Здравствуй, Лорим, — сказал он, подошел и обнял.

От куртки Лорима пахло свежим снегом. Тот сразу все понял и тоже обнял его.

— Я люблю тебя, Лорим, — сказал Поль. — Не смей больше отталкивать меня, я тебе не позволю.

— Не буду, — шепотом ответил Лорим.

У него нестерпимо болело сердце.

— Я отдам тебе свою половину, — сказал Поль, и Лорим, не веря, ощутил, как стихает неизменная боль.

Пустота наполнялась целебным бальзамом. Тепло и сладкая слабость растекались по телу.

— Что ты делаешь? — спросил Лорим, чувствуя, как что-то неведомое раскрывается в нем, освобождая от боли.

— Я люблю тебя.

Глаза Лорима наполнились слезами.

— Ты выворачиваешь мне душу.

— Хватит жить во мраке, хватит закрываться. Еще чуть-чуть.

— Чувствую себя мягкой глиной в теплых детских руках.

— Я умею делать из глины замечательные окарины. Они так чисто звучат.

Лорим улыбнулся.

— Как ты сумел?

— Ты просто очень сильно этого хотел, — произнес Поль и отпустил Лорима.

— Если вы закончили обниматься, то пойдемте пить чай, — сказал появившийся в дверях Рауки. — Мы не завтракали, ждали, когда ты вернешься.

— Привет, Рауки! Да, горячего чаю не помешает.

Они пили чай, улыбались и поглядывали друг на друга блестящими глазами.

— Что происходит в этом доме? — спросил Лорим.

— Мне кажется, в него возвращается жизнь, — сказал Рауки.

— Сердце так легко и вольно бьется, и не болит… невероятно.

— Я сегодня поеду в Тигре, — сказал Поль.

— Зачем?

— Умерла бабушка, у которой я жил. Хочу плеснуть масла в ее последний огонь. И зайду к друзьям. Возможно, я вернусь не один.

Рауки и Лорим переглянулись.

— Хорошо, — сказал Лорим, — места у нас много. Я провожу тебя на вокзал.

— Спасибо.

***

Они вышли за ворота. Белый мир искрился в солнечных лучах. Поль прищурился.

— Какой яркий снег.

— Да. Уже прошел год с тех пор, как ты появился у наших ворот в первый раз.

— Мне кажется, что прошли тысячи лет и десятки жизней.

Поль стал спускаться вниз по тропинке, Лорим шел следом.