Читаем Лоренцаччо полностью

Торговец. Это не помешало тому, что Пьетро Строцци протащил по моей лавке свой проклятый мяч и посадил три больших пятна на аршин бархата. Кстати, дядя Монделла, увидимся мы с вами в Монтоливето?

Золотых дел мастер. Не в моем обычае таскаться по ярмаркам; но в Монтоливето я поеду из благочестия. Это святое паломничество, сосед, и за него прощаются все грехи.

Торговец. И дело достойное, сосед, и денег там купец наживет больше, чем за весь год. Приятно смотреть на этих почтенных дам, когда они выйдут от обедни и начнут щупать и рассматривать все твои материи. Да хранит господь его светлость! Двор — отличная вещь!

Золотых дел мастер. Двор! Народ тащит его на своей спине, вот что! Флоренция была — и не так еще давно — хорошим, прочно выстроенным домом; все эти высокие дворцы, где живут наши высокие семейства, были колоннами этого дома. Ни одна из этих колонн не превышала другую ни на вершок; они все вместе поддерживали древний, крепко сложенный свод, и мы расхаживали внизу и не опасались, что на голову нам упадет камень. Но есть на свете два опрометчивых зодчих — они испортили дело: между нами говоря, это император Карл и папа. Император начал с того, что вошел в этот дом, пробив в нем изрядную брешь. Дальше они решили взять одну из тех колонн, о которых я вам говорил, а именно — семью Медичи, и превратить ее в колокольню, и колокольня эта, как злой гриб, выросла в одну ночь. А потом, знаете, сосед, все это здание стало сотрясаться от ветра — ведь голова-то у него была слишком тяжелая, а одной ноги не хватало, — и тогда столп, превращенный в колокольню, заменили громадной безобразной кучей грязи, смешанной с плевками, и назвали все это цитаделью; немцы устроились в этом проклятом логове, словно крысы в сыре; и не мешает помнить, что, играя в кости и попивая свое кисленькое винцо, они глаз не спускают с нас всех. Флорентийские семьи пусть себе кричат, народ и купцы пусть себе толкуют, а Медичи правят с помощью своего гарнизона; они пожирают нас, как ядовитый нарост пожирает больной желудок; ведь только благодаря алебардам, которые прогуливаются по крыше цитадели, незаконный сын, всего лишь пол-Медичи, дурень, созданный небом на то, чтоб быть рабочим на бойне или батраком, валяется по постелям наших дочерей, пьет из наших бутылок, бьет нам стекла; и ему еще за это платят.

Торговец. Черт возьми, как вы расходились! Вы как будто заучили все это наизусть; это не всякому следует говорить, сосед Монделла.

Золотых дел мастер. А если б меня и приговорили к изгнанию, как приговорили столько народу! В Риме живется ничуть не хуже. Черт побери эту свадьбу и всех, кто пляшет и кутит на ней! (Входит в лавку.)

Торговец присоединяется к зевакам. Проходит горожанин с женой.

Жена. Гульельмо Мартелли красив и богат. Счастье для Николо Нази, что у него такой зять. Смотри-ка! Бал все еще не кончился. Видишь все эти огни?

Горожанин. А мы-то когда выдадим замуж нашу дочь?

Жена. Как все освещено! Танцевать до такого часа — вот это настоящий праздник! Говорят, герцог там.

Горожанин. День обратить в ночь, а ночь в день — это удобный способ, чтоб не встречаться с честными людьми. Право, славная это выдумка — алебарды на пороге свадьбы! Господь да хранит наш город! С каждым днем все больше этих собак немцев вылезает из проклятой крепости.

Жена. Погляди, какая красивая маска. Ах, какое чудное платье! Только все это очень дорого стоит, а дома у нас такая нищета.

Уходят.

Солдат(торговцу). Посторонись, сволочь! Пропусти лошадей.

Торговец. Сам ты сволочь, чертов немец!

Солдатбьет его пикой. (Уходя.) Вот как соблюдают договор! Эти негодяи оскорбляют граждан. (Входит в свой дом.)

Первый школьник(своему товарищу). Видишь того, что снимает маску? Это — Палла Руччелаи. Такой молодец! Тот, маленький, рядом с ним, — это Томазо Строцци, Мазаччо — так его прозвали.

Паж(кричит). Лошадь его светлости!

Второй школьник. Уйдем, сейчас выйдет герцог.

Первый школьник. Так ты что думаешь, он тебя съест?

Толпа у дверей растет.

Второй школьник. Вот этот — Николини; а этот — проведитор.

Выходит герцог, одетый монахиней, с ним Джулиано Сальвиати в таком же костюме, оба в масках.

Герцог(садясь на лошадь). Ты со мной, Джулиано?

Сальвиати. Нет еще, ваша светлость. (Шепчет ему на ухо.)

Герцог. Хорошо, хорошо, смелей!

Сальвиати. Она прекрасна, как демон. Дайте мне лишь волю; если мне удастся избавиться от моей жены… (Возвращается на бал.)